20.Типология партий и партийные системы.

Кадровые партии восходят к периоду зарождения демократии, когда избирательное право было еще ограничено. В том замкнутом политическом пространстве кадровые партии служили средством выражения политических интересов господствующих классов, прежде всего буржуазии. Их деятельность была нацелена на победу на выборах. Для этого они стремились не к увеличению своих рядов, а к объединению элит, которые могли бы влиять на избирателей.

Основным структурным элементом кадровых партий являются комитеты.

Массовые партии возникают с введением всеобщего избирательного права. Это партии нового типа, имеющие массовый характер, ориентированные на политическое воспитание масс и формирование элит из народа. Первичные организации партии строятся как по территориальному, так и по производственному принципу, но в отличие от комитетов являются открытыми для новых членов. Более того, первичные организации массовых партий заинтересованы в пополнении своих рядов. Это связано с тем, что партия существует за счет членских взносов.

Коммунистические партии создают свои первичные организации (ячейки) по месту работы. Они более однородны и ограничены по размеру. Это позволяет партиям контролировать свой социальный состав, регулировать численность и устанавливать жесткую партийную дисциплину. Организационным принципом партий является «демократический централизм», пытающийся совместить свободу (например, выборность руководителей всех уровней) и принуждение (подчинение меньшинства большинству). На практике иерархическая и централизованная организация существенно ограничивает демократию. Выборы руководителей превращаются в формальность, поскольку их подбор, как и принятие решений, осуществляет центральное руководство партии.

Партийные системы различаются по количественному и качественному критериям. По количеству партий, существующих в обществе, различают: монопартийную, двухпартийную и многопартийную системы.

При монопартийной системе единственная партия монополизирует государственную власть. Система характерна для тоталитарных и авторитарных режимов. Монопартийная система обладает рядом достоинств: она способна интегрировать социальные группы, гармонично сочетать их интересы; концентрировать ресурсы и направлять их на решение актуальных про­блем.

В то же время отсутствие оппозиции обрекает властвующую партию на застой, бюрократизацию. Опыт социалистических стран, где безраздельно властвовали коммунистические партии, подтверждает опасность поли­тической монополии, которая оборачивается отрывом руководства партии от масс.

Двухпартийная система состоит из нескольких партий с заметным преобладанием двух наибо­лее влиятельных; обеспечивает возможность создания стабильного правительства, опирающегося на поддержку парламентского большинства, поскольку победившая на выборах партия обладает абсолютным большинством де­путатских мандатов. Система имеет и недостатки, главный из которых – возможность смены политического курса на очередных выборах в случае победы оппозиционной партии. Классическими примерами двухпартийной системы являются Великобритания, с чередованием у власти лейбористской и консервативной партий, и США – с республиканской и демократической партиями.

Многопартийная система предполагает активную роль в политической жизни двух и более партий. Количество партий отражает наличие мно­гообразных социальных интересов. Такая партийная система стремится к поиску согласия и компромиссов, поскольку ни одна из партий не обладает явным политическим преимуществом. Пример многопар­тийности являют страны Западной Европы, в которых экономичес­кие, национальные, религиозные, идеологические различия порож­дают многообразие партий. Так, в Италии насчитывается 14 партий, в Голландии – 12, в Швеции, Дании, Норвегии – более 5 и т.д.

Партийные системы различаются по политическому весу партий. Масш­таб политического влияния на общество и власть определяет характер отношений внутри партийной системы. Политическое влияние партии складывается из трех переменных:
а) число членов партии; б) количе­ство избирателей, проголосовавших за нее; в) число депутатских ман­датов, полученных партией на выборах. В соответствии с распределени­ем депутатских мест в парламенте партии различаются по влиянию на процесс принятия политических решений.

По политическому весу выделяются четыре типа партий:

• мажоритарная партия – получившая абсолютное большинство манда­тов и право на проведение собственного политического курса;
• партия с мажоритарным призванием – в ситуации чередования партий у власти она способна победить на следующих
  выборах;
• доминирующая партия – получившая относительное большинство депу­татских мест;
• миноритарная партия – имеющая минимальное число мандатов.

 

21. Политические партии России: происхождение, идейные ориентации.

 

 

Партия ЛДПР История партии: Либерально-демократическая партия России (ЛДПР) возникла в условиях распада государственных, политических и социальных структур СССР, развала однопартийной системы и разочарования народных масс в тоталитарном социализме с его монопольной идеологией — марксизмом-ленинизмом. Провозглашение ЛДПР состоялось 13 декабря 1989 года. Основателем ЛДПР является Владимир Вольфович Жириновский. ЛДПР первой из новых политических сил вышла на политическую арену после семи десятилетий всевластия КПСС. Это единственная в России партия, которая не имеет никакого отношения к старой номенклатуре. Как показывают социологические исследования, социальной опорой ЛДПР являются в основном жители малых и средних городов и поселков с преобладающим русским населением, большинство среди которых — люди работоспособного возраста и учащаяся молодежь. В декабре 1993 года сторонники ЛДПР обеспечили принятие новой Конституции, предусматривающей максимум свобод, возможных в условиях того времени. Это позволило России начать переход от режима личной диктатуры Президента к конституционному порядку. ЛДПР — парламентская партия; ее задача — прийти к власти через выборы всех уровней. Цели ЛДПР: ЛДПР — это центристская демократическая партия. В отличие от прозападно-демократических партий и общественных движений это партия российских демократов. Главная цель ЛДПР — возрождение демократического Российского государства. В современных условиях ЛДПР выдвигает принцип патриотизма на первый план, что связано, прежде всего, с необходимостью добиваться восстановления нашего государства в его исторических и геополитических границах. Это связано также и с тем, что в течение последних десятилетий идет процесс угнетения и сокращения русского населения страны. В своей деятельности ЛДПР руководствуется идеями либерализма и демократии. В ее понимании либерализм — это подлинная, а не мнимая свобода. Это, прежде всего защита гражданских прав и свобод отдельных личностей. Это свобода выбора экономической, политической, научной, культурной и иной деятельности, свобода мнений и идейных воззрений, терпимость к другим взглядам. Демократия в понимании ЛДПР предполагает конституционное устройство государства с ориентацией на президентскую республику. ЛДПР выступает за правовое функционирование всех ветвей власти — законодательной, исполнительной и судебной, а также местных органов управления. Это и свободные выборы, и многопартийная система, и полное равноправие граждан, независимо от национальной принадлежности, социального происхождения, вероисповедания и идейно-политических взглядов. Партия является сторонником общества социальной справедливости, она отвергает не только коммунизм, но и дикий капитализм. ЛДПР выступает за создание равных условий для реализации каждым гражданином своих способностей. Члены партии считают, что в обществе социальной справедливости должно поощряться стремление людей честным путем добиваться высокого уровня благосостояния. ЛДПР выступает за наведение в России строгого порядка, реализацию принципа диктатуры закона. Партия считает, что закон должен соблюдаться как властями, так и отдельными гражданами. Никто не имеет права встать выше закона, никто не вправе его игнорировать.  Либерально-демократическая партия России считает первостепенной задачей укрепление Российского государства как единого, демократического, правового, социального, светского государства с республиканским устройством и сильной президентской властью (президентская республика). ЛДПР добивается реформирования России из федеративного в унитарное государство без национальных автономий. Они отвергают национально-территориальный принцип государственного устройства, поскольку считают, что он неизбежно приводит к нарастанию межнациональных конфликтов и разрушению страны. ЛДПР считает необходимым увеличить территориальные административные единицы за счет объединения малочисленных субъектов федерации в более крупные образования. ЛДПР предложила ввести в России от семи до пятнадцати равноправных и однородных по своему статусу губерний с численностью населения приблизительно по 10-20 млн. человек в каждой губернии. Эти губернии не должны иметь никаких собственных конституций, национальных государственных языков и правящих этносов. В едином Российском государстве должен быть единый государственный язык — русский. При этом нельзя забывать, что всем национальным меньшинствам необходимо обеспечить право свободно развивать свою культуру, язык и традиции. Культурная автономия — это залог сохранения созданного веками национального своеобразия Российского государства. ЛДПР считает, что для эффективного управления таким государством, как Россия, избирать следует Президента и Государственную Думу, органы местного самоуправления. ЛДПР стремится к достижению полного равенства граждан России независимо от их национальной и религиозной принадлежности. Недопустимы привилегии, каким бы то ни было народам и народностям. ЛДПР за эффективную внешнюю торговлю, осуществляемую в интересах России. Демократическая партия России История: Оргкомитет по созданию Демократической партии России сложился между 21 апреля и 3 мая 1990 года. Основной задачей его деятельности стало создание массовой политической партии, способной соперничать с КПСС и разрушить ее монополию на власть. Базой партии должны были стать Московское объединение избирателей, Ленинградский народный фронт и некоторая часть Демократической платформы в КПСС и Межрегиональной депутатской группы. 26-27 мая прошла Учредительная конференция Демократической партии России. В работе конференции приняли участие 310 делегатов из 85 регионов России. Демократическая партия России выступает политической силой, ответственной перед гражданами и ориентирующейся не на правящий класс, а на народ. Партия объединяет политическую волю нарождающегося гражданского общества и воплощает ее в конкретной политике, направленной на защиту интересов россиян, сделавших выбор в пользу становления демократического государства. Идеология: Высшая цель политики партии — общество, в котором обеспечено свободное развитие талантов, способностей и инициативы граждан, царят социальный мир, справедливость и порядок, неукоснительно соблюдается законность, надежно защищены безопасность государства и личности. Партия выступает за сильное и ответственное перед народом демократическое государство. ДПР считает, также, что каждый гражданин, в свою очередь, ответствен за продуктивную работу государственного организма, осознанно участвуя в выборах своих представителей в органы власти, уплачивая налоги, содействуя развитию общества и укреплению государства, обеспечению правопорядка. Партия обещает сформировать высокоэффективную и социально ориентированную рыночную экономику, в которой государственное регулирование обеспечивает и контролирует работу механизмов рыночной конкуренции, создает условия для развития производительных сил общества и научно-технического прогресса, проводит справедливую политику доходов и гарантирует достойный уровень социального обеспечения. Мы будем твердо отстаивать исторически сложившиеся российские традиции. Национальная идея партии — это духовное возрождение России. ДПР выступает за укрепление семьи, охрану материнства и детства. Создание условий для восстановления крепких семейных традиций, воспитания детей, заботы о стариках и инвалидах. «Единая Россия» Важным составным элементом партии являются губернаторы, а также те политические деятели, которые начинали свою карьеру в составе движения «Наш Дом — Россия» (НДР). Предвыборная программа «Единой России» составлена из популистских лозунгов, сформулированных так искусно, что после одного-двух прочтений вспомнить оттуда практически ничего невозможно. При внимательном же рассмотрении среди стандартных обкатанных клише удается выделить следующее: в случае прихода «Единой России» к власти сохраняется президентская республика, причем объем полномочий президента если и будет пересмотрен, то, скорей всего, в сторону расширения (что мы и видим в данную ситуацию — укрепление вертикали власти, новый порядок формирования Совета Федерации); номенклатурный капитализм остается неизменным; полного пересмотра результатов приватизации не предвидится; при некоторой либерализации экономики (снижение налогов, поощрение мелкого производителя) контроль со стороны государства, в частности, налоговый, ужесточается и т.д. Во внутренних вопросах России «Единая Россия» занимает слабую националистическую позицию. Тем не менее, многие полагают, что «Единая Россия» может представлять собой основу для общего ужесточения государственного контроля за жизнью граждан в России, при котором права и свободы граждан будут ограничиваться. Полностью лояльная сильному президенту, партия не будет защищать молодой российский парламентаризм, если возникнет угроза его ограничения. В этом случае партия станет авторитарной и ничего не потеряет. Многие российские либералы уже сейчас говорят о полной несамостоятельности партии власти, её подконтрольности бюрократии и поддержке всех президентских инициатив. Тем более, на выборах 2003 года «Единая Россия» набрала большинство голосов, а вместе с депутатами-одномандатниками её фракция составляет около половины Государственной Думы, что позволяет партии лоббировать свои интересы и принимать угодные ей и президенту законы практически беспрепятственно. Состав «Единой России» неоднороден, но вряд ли там есть действительно случайные люди, как об этом пишут.  Социальная база «Единства», то есть те слои, интересы которых оно выражает, — несомненно, основная часть губернаторов, и их аппарат, связанные с этими губернаторами крупные предприниматели, часть крупного криминала, в частности, ОПС «Урал Маш», и связанный с «Урал машем» Исламский культурный центр (часть движения «Рифах»). Так как «Единую Россию» на выборах 2003 года поддержало более четверти всех проголосовавших, то можно сказать, что электорат партии весьма разнороден — от части интеллигенции и связанных с государством предпринимателей и до квалифицированных рабочих и служащих. Партии Союз Правых Сил и «Яблоко» Коалиционная организация младореформаторов первой половины перестройки имеет, едва ли не самую разработанную экономическую программу среди всех российских партий. В этом смысле с СПС может соперничать только «Яблоко». Основа экономической программы СПС: либеральная рыночная экономика, т.е. преобладание частной собственности, включая частную собственность на землю и оборот земли; разрушение номенклатурного капитализма, борьба с коррупцией, поощрение свободной конкуренции; налоговая реформа, направленная на поощрение предпринимательства; отмена всех ненужных ограничений свободы предпринимательства, эффективная защита собственности, эффективная антимонопольная политика с резким сокращением социальных программ (переход к адресной системе социальной помощи, к накопительной пенсионной системе и сильной системе частного страхования, реформа трудовых отношений и пр.) и переходом к «эффективному и недорогому» государству (сокращение государственных расходов, сокращение налоговой нагрузки за счет сокращения государственных обязательств, ограничение прав президента, укрепление конституционного строя, защита прав и свобод, судебная реформа и пр.). Программа «Яблока» отличается не сильно, а принципиальным отличием у «яблочником» считается социальная направленность государственной политики, т.е. «Яблоко» против сокращения социальных программ. Электорат у СПС общий с «яблочным» — это интеллигенция, служащие, высокооплачиваемые наемные рабочие, мелкие и средние предприниматели, студенты, в основном, в больших городах. Однако СПС удалось привлечь на свою сторону наиболее агрессивную и активную часть этой группы, которой номенклатурный капитализм сильно мешает жить. Настоящая социальная база СПС — активные молодые предприниматели и чиновники. Что касается голосующей за «демократов» интеллигенции и низкооплачиваемых служащих, это — классический пример того, как люди, не желая правильно оценить свой социальный статус, исповедуют чуждые им ценности. Тем не менее, после выборов 2003 года ясно видно, что для российского либерализма наступил кризис, выход из которого будет проверкой либеральной идеологии для России в целом. Из-за некоторых противоречий СПС и «Яблоко» не смогли объединиться в единый блок демократических сил, в результате чего проиграли парламентские выборы, не набрав необходимых 5% голосов. Такие видные политические деятели, как И. Хакамада и Б. Немцов покинули СПС, судьба «Яблока» пока не ясна. И. Хакамада баллотировалась на пост президента России в 2004 году и, набрав 3,8% голосов избирателей, решила сплотить се российские демократические силы, создав партию «Свободная Россия», по сути, ничем не отличающуюся от СПС, но на выборах 2007 года призванную стать основой либеральной коалиции.

 

22. Структура политической культуры и ее типы.

 

Структура политической культуры

 

Политическая культура — явление полиструктурное, многоуровневое. Многообразные связи политической культуры с различными социальными и политическими процессами предопределяют ее сложное строение и организацию. Разнообразные внутренние структуры политической культуры отражают технологию формирования политического поведения субъектов, этапы становления политической культуры конкретной страны, наличие разнообразных субъектов (элит, электората, жителей отдельных стран и регионов), но главное — различный характер и удельный вес различных ценностей.

Так, к примеру, В. Розенбаум считает, что ориентации людей относительно политической системы есть «базовые компоненты политической культуры»108. В частности, он предлагает дифференцировать ориентации на следующие блоки:

ориентации относительно институтов государственного управления; в этот блок входят ориентации относительно режима (государственных институтов, норм, символов, официальных лиц) и относительно «входов» и «выходов» политической системы, выражающих оценку различных требований к государственной власти, ее решений, эффективности их реализации;

ориентации относительно «других» в политической системе, включающие политическую идентификацию (осознание принадлежности к нациям, государствам, жителям определенных районов и др.), политическую веру (означающую убежденность человека в позитивных или негативных последствиях действий взаимодействующих с ним людей) и выработку субъективных предпочтений относительно «правил игры» и господствующего правопорядка;

ориентации относительно собственной политической деятельности, включающие оценку своей политической компетентности (при участии в политической жизни, использовании при этом определенных ресурсов), веру в свою способность оказывать реальное воздействие на институты власти.

Политические ориентиры и ценности могут структурировать политическую культуру и с учетом их различного значения и роли для формирования политической деятельности человека. В этом смысле могут выделяться мировоззренческие, гражданские и собственно политические ценности.

Так, ценностная ориентация человека на мировоззренческом уровне встраивает представления о политике в его индивидуальную картину мира, индивидуальное восприятие жизни. Это заставляет его соотносить свои нравственно-этические представления (о добре, смысле жизни) с особенностями политической сферы, формировать представления о ром политики в достижении им своих главных жизненных целей. В рамках гражданских ориентиров человек осознает свои возможности как участника публичных отношений, в которых действуют особые органы и институты (органы государственного управления, суд и др.), чья деятельность влияет на наличие и реализацию его прав и свобод. С точки зрения собственно политических представлений человек вырабатывает свое отношение к практическим формам деятельности конкретного правительства, партий, официальных лиц и т.д.

На каждом из этих уровней у человека могут складываться довольно противоречивые представления. Причем отношение к конкретным политическим событиям изменяется, как правило, значительно быстрее, нежели мировоззренческие принципы, в силу чего восприятие новых целей и ценностей, переосмысление истории и т.д. осуществляются крайне неравномерно. Все это придает процессам формирования и развития политической культуры дополнительную сложность и противоречивость. А степень соответствия уровней ценностной ориентации непосредственно определяет характер целостности и внутренней не равновесности политической культуры.

Типичным способом структуризации политической культуры является различение ценностных ориентиров и способов политического по ведения в зависимости от принадлежности людей к социальным, национальным, демографическим, территориальным, конфессиональным, ролевым (элита и электорат) и другим общественным группам. Тем самым политическая культура предстает как совокупность субкультурных образований, характеризующих наличие у них носителей существенных (и несущественных) различий в отношении к власти и государству, правящим партиям, в способах политического участия и т.д.

Такой подход позволяет увидеть, что в конкретных странах и государствах наибольшим политическим влиянием могут обладать, например, религиозные (в Северной Ирландии и Ливане), этнические (в Азербайджане) или элитарные (в переходных обществах) субкультуры. В этом смысле наиболее важными элементами субкультурной дифференциации политической культуры являются личностные особенности лидеров и элиты, характеризующие их способности к выражению интересов рядовых граждан и эффективному управлению их росту легитимации власти.

 

2. Типы политической культуры

 

2.1 Критерии типологизации политической культуры

 

На протяжении развития разнообразных государств и народов выработано множество типов политической культуры, выражающих преобладание в стиле политического поведения граждан определенных ценностей и стандартов, форм взаимоотношений с властями, а также иных элементов, сложившихся под доминирующим воздействием географических, духовных, экономических и прочих факторов.

В основании типологии политических культур могут лежать достаточно приземленные факторы, отражающие, к примеру, специфику разнообразных политических систем (X. Экстайн), стран и регионов (Г. Алмонд, С. Верба), типов ориентации граждан в политической игре (в частности, моралистских, индивидуальных или традиционных — Д. Элазар), открытость (дискурсивность) или закрытость политических ценностей к инокультурным контактам (Р. Шварценберг), внутреннюю целостность культурных компонентов (Д. Каванах), идеологические различия (Е. Вятр) и др.

Особую известность в науке получила классификация политической культуры, предложенная Г. Алмондом и С. Вербой в книге «Гражданская культура» (Нью-Йорк, 1963). Анализируя и сопоставляя основные компоненты и формы функционирования политических систем Англии, Италии, ФРГ, США и Мексики, они выделили три «чистых» типа политической культуры: парохиальный (приходской, «местечковый», патриархальный), для которого характерно отсутствие интереса граждан к политической жизни, знаний о политической системе и значимых для людей ожиданий от ее деятельности; подданнический с сильной ориентацией на политические институты и невысоким уровнем индивидуальной активности граждан; партиципаторный (от англ. participation — участие), свидетельствующий о заинтересованности граждан в политическом участии и о проявлении ими такой активности. Авторы подчеркивали, что на практике данные типы политической культуры взаимодействуют между собой, образуя смешанные формы с преобладанием тех или иных компонентов. Причем самой массовой и одновременно оптимальной, с точки зрения обеспечения стабильности политического режима, является синтетическая культура «гражданственности», в которой преобладают подданнические установки и соответствующие формы участия людей в политике.

Учитывая различную степень освоения гражданами различных ценностей, норм, стандартов, характерных для разных стран, в науке выделяют консенсуальный и поляризованный тип политической культуры. В политической культуре консенсуального типа отмечается наличие весьма высокой сплоченности населения на базе относительно ведущих ценностей, целей, которые стоят перед государством и обществом. Поэтому здесь, как правило, высока и лояльность граждан к правящим кругам и целям режима.

В поляризованной политической культуре сложившиеся в обществе субкультуры отличаются резким несовпадением базовых ценностей и ориентиров политической деятельности населения (разрывом горизонтальных субкультур), элиты и электората (разрывом вертикальных субкультур). В странах с фрагментированной политической культурой у населения чаще всего отсутствует прочное согласие относительно целей общественного развития, основных методов реформирования страны, моделей будущего.

Степень и глубина взаимонепонимания обычно не совпадают, поэтому в рамках этого типа политической культуры выделяются и своеобразные подтипы. Например, можно говорить о фрагментированных (сегментированных) политических культурах, в рамках которых, в отличие от отношений внутри поляризованной политической культуры, существует определенный общественный консенсус по поводу самых основных — национальных — ценностей. В то же время, как подчеркивает В. Розенбаум (и как уже отмечалось ранее), здесь местная лояльность нередко превалирует над национальной, слаба действенность правовых, процедур, распространено острое недоверие социальных групп друг к другу, и поэтому приходящие к власти правительства нестабильны и недолговечны.

Наличие сегментированных политических культур весьма типично для переходных обществ или тех, в которых идет процесс формирования титульной нации. В этих условиях велика доля апатичных и отчужденных от власти слоев населения, ведутся острые политические дискуссии относительно целей и способов общественных преобразований.

Учитывая особую роль государства и других политических институтов в воспроизводстве образцов политического мышления и поведения, в науке различают также официальную, поддерживаемую институтами государства, и реальную политическую культуру, воплощающую ценности и соответствующие им формы практического поведения большинства или значительной части населения. Так, в ряде стран Восточной Европы, где идеи социализма в значительной мере внедрялись под давлением государства, при первых же демократических преобразованиях («бархатных революциях») они уступили место официальных показателей приверженности этих стран марксизму-ленинизму реальным ориентирам и ценностям граждан.

В то же время типы политической культуры могут определяться I на более общих основаниях, способных обнажить самые универсальные черты разнообразных стилей политического поведения граждан в тех или иных странах. Например, можно говорить о рыночной политической культуре, в которой политика понимается людьми как разновидность бизнеса и рассматривается в качестве акта свободного обмена деятельностью граждан, и этатистской, которая характеризуется главенствующей ролью государственных институтов в организации политической жизни и определении условий политического участия индивида (Э. Баталов).

24. Политическая социализация.

Политическая социализация — это «процесс развития, в ходе которого дети и подростки воспринимают идеи, политическую позицию и поведение, типичное для данной общности»^[1]. Другими словами, политическая социализация сводится к усвоению политических ценностей и норм, необходимых для адаптации в сложившейсяполитической системе и выполнения различных видов политической деятельности. Политическая социализация является одним из направлений общего процессасоциализации индивидов. Основными агентами политической социализации выступают такие социальные институты, как образование, средства массовой информации, семья и другие. Большую роль в процессе политической социализации в современном обществе выполняют политологи и политология, как научная и образовательная дисциплина.

Сам термин “политическая социализация” был впервые введен в 1959 г. американским ученым Г. Хайменом ^[2]

Основные направления, по которым развивалась теория политической социализации в этот период, можно определить следующим образом: это, во-первых, анализ процесса политической социализации, во-вторых, изучение “агентов”, влияющих на процесс социализации, и в третьих, исследование продукта, который получается на “выходе” процесса политической социализации, то есть, политическое сознание, политические представления, ориентации, установки.

Процесс политической социализации, в рамках бихевиористской парадигмы, преобладавшей в политической науке в тот период, интерпретировался как воздействие политической среды на личность путем передачи определенных моделей поведения через систему организованных общественных институтов и ценностей. При этом социализируемые индивиды или группы являются пассивными объектами социализации, а сам процесс социализации предполагает “вертикальные” отношения между социализирующими и социализируемыми. Процесс политической социализации рассматривался как стадиальный, в частности, в нем выделялась латентная стадия (т.е. процесс неполитического научения, впоследствии влияющий на политическое поведение индивида) и стадия прямой политической социализации (процесс ретрансляции собственно политических ценностей и информации).

Среди агентов социализации на начальном этапе развития теории наибольшее внимание исследователей было уделено двум – семье и группе сверстников. Многие ученые, занимавшиеся в 60-70-е годы проблемой политической социализации, придерживались тезиса, что семья индивида является главным социализирующим агентом на этапе латентной политической социализации.

На фоне политических перемен, произошедших в мире в конце ХХ века, изменились и теоретические подходы к определению политической социализации. Так, в последние десятилетия прошлого века социализация теряет свой “вертикальный” характер в связи с тем, что в традиционных обществах появляются черты модернизации. Например, одной из таких черт становится снижение роли авторитета возраста – более старший возраст родителей, учителей и т.д. не становится основанием для уважения и подражания; то же самое происходит и в отношении родства – роль родственных связей снижается. Кроме того, социализационный процесс идет не только в “одну сторону” — от социализирующих агентов к социализируемым, от старшего поколения к младшему – но и наоборот — сейчас есть данные о том, что молодые люди ретранслируют свои собственные политические ориентации родителям.

Теоретическим ответом на запросы изменившейся социальной и политической реальности стала предложенная в 1986 г. Ричардом Мерелманом ^[3] принципиально новая модель механизма усвоения и ретрансляции политических ценностей и установок. Согласно его идее “горизонтальной” (lateral) политической социализации, этот процесс представляет собой непрерывный выбор из широкого числа возможных и конкурирующих между собой образов мира и моделей поведения, количество которых постоянно увеличивается в результате взаимоотношений между “равными” участниками процесса социализации на “горизонтальном” уровне. В “горизонтальной” социализации отношения между объектом и агентами социализации добровольные, равные и временные. Личность социализируемого объекта становится центром модели, в отличие от модели “вертикальной” социализации, где личность оказывалась своеобразным “концом” цепочки влияний.

25. Сущность и типы политического поведения.

Политическое поведение является важнейшей внешней формой выражения места и роли политической психологии в сфере политики. Именно здесь психология выступает и как механизм, и как специфический фактор человеческой активности в политической жизни. Причем прежде всего в мотивацииповедения политических субъектов психология выявляет свой преобразующий потенциал, способствует изменениям процессов и институтов. Подобно любой другой основополагающей категории политической науки, политическое поведение подвергается различным теоретическим интерпретациям и характеристикам.

В настоящее время в науке сформировалось несколько точек зрения на его природу и сущность. Так, значительная часть ученых исходит из того, что политическое поведение — это совокупность всех действий (акций и интер поведения, его многогранность и даже известную неопределенность. Поэтому теоретический спор вряд ли в скором времени придет к какому-то общему знаменателю. Вместе с тем уже полученные наработки в целом позволили сформировать перечень основных элементовповеденческой активности человека. К ним относятся: учет внешних факторов; интересов и потребностей субъектов; истинных или ложных форм их осознания (в виде установок, мотивов, убеждений); особенностей функций и ролевых нагрузок субъектов; конкретных действий; обратной связи между поведением и условиями его осуществления.

На базе таких универсальных принципов в науке разрабатываются разнообразные модели электорального, кризисного поведенияграждан, принятия решений лидерами и др.

К наиболее распространенному типу относится электоральное поведение. На его направленность оказывает влияние прежде всего идентификация конкретного избирателя с определенной социальной группой и/или партией. Психологическая близость к группе ограничивает спектр политическихориентации и альтернатив, упрощая политический выбор. 

Многочисленные исследования показали, что на предпочтения избирателей влияет множество факторов (пол, возраст, конфессиональная принадлежность, особенности первичной социализации и др.), но существуют некоторые общие тенденции поведения отдельных электоральных групп. Так, мужчины, в целом, гораздо более активнее женщин участвуют в выборах. Образованные граждане демонстрируют высокую степень политического участия в избирательном процессе. Лица в возрасте от 35 до 55 лет более активны, нежели молодежь или лица пожилого возраста. Влияние на активность оказывают семейное положение и членство в каких-либо организациях. Взгляды и предпочтения женщин более консервативны, нежели у мужчин. Замужние неработающие женщины часто придерживаются политических установок своих мужей. Молодежь в определенной степени тяготеет к радикализму и охотно отдает свои голоса тем, кто обещает скорые перемены. Ее избирательные ориентации расходятся с ориентациями большинства общества, а уровень активности относительно невысок.

К наиболее распространенному типу относится электоральное поведение. На его направленность оказывает влияние прежде всего идентификация конкретного избирателя с определенной социальной группой и/или партией. Психологическая близость к группе ограничивает спектр политическихориентации и альтернатив, упрощая политический выбор. 

Многочисленные исследования показали, что на предпочтения избирателей влияет множество факторов (пол, возраст, конфессиональная принадлежность, особенности первичной социализации и др.), но существуют некоторые общие тенденции поведения отдельных электоральных групп. Так, мужчины, в целом, гораздо более активнее женщин участвуют в выборах. Образованные граждане демонстрируют высокую степень политического участия в избирательном процессе. Лица в возрасте от 35 до 55 лет более активны, нежели молодежь или лица пожилого возраста. Влияние на активность оказывают семейное положение и членство в каких-либо организациях. Взгляды и предпочтения женщин более консервативны, нежели у мужчин. Замужние неработающие женщины часто придерживаются политических установок своих мужей. Молодежь в определенной степени тяготеет к радикализму и охотно отдает свои голоса тем, кто обещает скорые перемены. Ее избирательные ориентации расходятся с ориентациями большинства общества, а уровень активности относительно невысок.

Люди пожилого возраста тяготеют к левым партиям (см.: Терещенко А.Г., С. Липсет о социальных основах политического поведения избирателя // Социально-политический журнал. 1996. № 4. С. 184). 

Безусловно, вышеперечисленные тенденции не абсолютны. Зачастую избиратель под влиянием сиюминутных настроений и впечатлений стремительно меняет свои ориентации и предпочтения. Не случайно некоторые, не лишенные чувства юмора, политологи сравнивают характер среднестатистического избирателя с характером женщины. 

К наиболее распространенному типу относится электоральное поведение. На его направленность оказывает влияние прежде всего идентификация конкретного избирателя с определенной социальной группой и/или партией. Психологическая близость к группе ограничивает спектр политическихориентации и альтернатив, упрощая политический выбор. 

Многочисленные исследования показали, что на предпочтения избирателей влияет множество факторов (пол, возраст, конфессиональная принадлежность, особенности первичной социализации и др.), но существуют некоторые общие тенденции поведения отдельных электоральных групп. Так, мужчины, в целом, гораздо более активнее женщин участвуют в выборах. Образованные граждане демонстрируют высокую степень политического участия в избирательном процессе. Лица в возрасте от 35 до 55 лет более активны, нежели молодежь или лица пожилого возраста. Влияние на активность оказывают семейное положение и членство в каких-либо организациях. Взгляды и предпочтения женщин более консервативны, нежели у мужчин. Замужние неработающие женщины часто придерживаются политических установок своих мужей. Молодежь в определенной степени тяготеет к радикализму и охотно отдает свои голоса тем, кто обещает скорые перемены. Ее избирательные ориентации расходятся с ориентациями большинства общества, а уровень активности относительно невысок. Люди пожилого возраста тяготеют к левым партиям (см.: Терещенко А.Г., С. Липсет о социальных основах политического поведения избирателя // Социально-политический журнал. 1996. № 4. С. 184). 

Безусловно, вышеперечисленные тенденции не абсолютны. Зачастую избиратель под влиянием сиюминутных настроений и впечатлений стремительно меняет свои ориентации и предпочтения. Не случайно некоторые, не лишенные чувства юмора, политологи сравнивают характер среднестатистического избирателя с характером женщины. \

26. Политическое участие.
27. Политическое участие –действия, посредством которых рядовые члены любой политической системы влияют, или пытаются влиять на результаты ее деятельности.
28. Формы политического участия.Объективные характеристики политической деятельности и субъективные восприятия политики человеком, его понимание собственной роли в ней служат основанием выделения следующих уровней и типов участия:
29. Реакция (позитивная или негативная) на импульсы, исходящие от политической системы, от ее институтов или их представителей, не связанная с необходимостью высокой активности человека; эпизодическое участие в политике.
30. Деятельность, связанная с делегированием полномочий: участие в выборах (местного или государственного уровня), референдумах и т. д.
31. Участие в деятельности политических и примыкающих к ним общественных организаций: партий, групп давления, профсоюзов, молодежных политических объединений и др.
32. Выполнение политических функций в рамках государственных институтов, включая средства массовой информации.
33. Профессиональная, руководящая политико-идеологическая деятельность.
34. Участие во внеинституциональных политических движениях и акциях, направленных на коренную перестройку существующей политической системы.
35. В современной политической науке существует несколько концепций, претендующих на объяснение и понимание причин политического участия (и прежде всего электорального).
36. Теория рационального выбора (максимизация выгоды).
37. «Мичиганская модель» электорального участия (партийную идентификацию избирателей формируется через политическую социализацию, главным агентом которой является семья).
38. Психологическая школа делает акцент на мотивах и установках индивида.
39. Институциональный подход (по­литическая активность зависит от воз­можностей влияния избирателей на правительство, предоставляе­мое политическими институтами).
40. Электоральное поведение в России.

днако формы политического поведения, связанные с насилием, не получили распространения в современной России. Политический терроризм и другие виды политических преступлений носят эпизодический характер и отвергаются обществом как неприемлемые типы политического участия. Массовые акции протеста преследуют в основном экономические цели. Электоральная форма политического участия остается для большей части населения едва ли не единственным способом включения в политику. 

В советский период избирательные кампании проводились периодично, но как “выборы без выбора”. Отличительной чертой выборов в Государственную Думу 1993, 1995 и 1999 гг., президентских выборов 1996 и 2000 гг., а также выборов в местные органы власти стала состязательность. После десятилетий “единодушного” голосования за единого кандидата избиратели получили настоящую возможность выбора. 

Электоральное участие 90-х гг. перестало носить сугубо мобилизационный характер. Избирательное право утверждает возможность каждого гражданина самостоятельно решать — участвовать или не участвовать в голосовании. 

На выбор российских избирателей (как показывают итоги выборов в Государственную Думу в 1993 , 1995 и 1999 гг. и выборов в субъектах Федерации) основное влияние оказывают следующие мотивы: условно рациональный (оценка собственных условий существования и их перспектив, сравнение с прежними условиями существования, с условиями существования других социальных групп и т.д.), эмоциональный (степень недовольства прошлым и настоящим; вера в тех или иных лидеров, обладающих харизматическими и псевдохаризматическими качествами, и т.д.), традиционалистский (специфика первичной и вторичной социализации; особенности жизненного опыта; естественный консерватизм и т.д.). Не только поведение избирателей, но и их политические ориентации можно подразделить на некие типы. Так, анализ электората КПРФ, “Яблока” и “Отечества Вся Россия” накануне выборов в Государственную Думу в 1999 г. позволил выявить следующую типологию. 

“Ригидных законников” отличает неудовлетворенность уровнем законопослушания в стране; поддержка идеи жесткого порядка; твердая уверенность в том, что только соблюдение закона должно обеспечивать руководителю государства успех в деле наведения порядка в стране; в экономической сфере представители данного типа выступают за равенство возможностей и равенство в материальном плане; они убеждены, что государство должно нести на себе все бремя содержания слоев населения, пострадавших от реформ. 

Отличительными особенностями “авторитарных сторонников рынка” и близких к ним “уравнителей-изоляционистов” и “советских патриотов” являются: твердая вера в идею равенства возможностей и материального равенства; отсутствие веры в рынок; высокий уровень автаркии (считают, что страна должна полагаться только на собственные силы и что продукты, произведенные ею, отличает более высокое качество, чем закупаемые за рубежом). 

“Либеральный патриот” сочетает в себе активный патриотизм и веру в рыночный путь для России; представители данного типа отстаивают идею равенства возможностей, открытость любых точек зрения. 

“Отчужденный либерал” испытывает отчуждение от политики, выступает за равенство возможностей и свободный рынок, не поддерживает идею строжайшей дисциплины, отвергает тоталитарное прошлое своей страны. 

Избирательные кампании (в особенности выборы в Государственную Думу) выявили в поведении избирателей ряд характерных черт.

28. Политическое сознаниеопределяется как комплекс идей, теоретических концепций, взглядов, представлений, мнений, оценочных суждений, эмоциональных состояний субъектов политических отношений [91]. То есть политическое сознание является отражением производственно-экономических и иных общественных отношений индивидов, социальных групп, классов, наций, общества в их совокупном отношении к государственной власти. Преломляясь через сознание людей, политические отношения находят свое обоснование и выражение в определенных социально-политических теориях. Внедренное через систему пропагандистских организаций и институтов, политическое сознание активно воздействует на общественное развитие. В качестве непосредственных побудительных мотивов действий индивидов выступают политические идеи и убеждения.

Являясь специфической формой общественного сознания, политическое сознание характеризуется следующими особенностями:

— оно непосредственно связано с социально-классовыми отношениями;

— оно воздействует через политические отношения на деятельность всех общественных организаций;

— оно пронизывает все остальные формы общественного сознания (правовое, нравственное, эстетическое, религиозное), непосредственно воздействует на них, определяет их содержание. В свою очередь политическое сознание испытывает на себе воздействие таких духовных факторов, как мировоззрение, господствующий стиль мышления, традиции и т. д.[92].

Политическое сознание имеет многоуровневую структуру. Уровень политического сознания — это определенная ступень, достигнутая социальным субъектом в познании процессов и явлений, имеющих место в сфере политических отношений.

Выделяют три уровня политического сознания:

1. Обыденный— это совокупность политических идей и взглядов общества, класса, социального слоя, группы людей и отдельных индивидов, возникающих из непосредственного восприятия политической жизни общества; они выражаются в сумме наблюдений и представлений, которые возникают у самих субъектов, участвующих в политическом процессе.

В качестве относительно развитой формы обыденного политического сознания выступает общественное мнение, как исторически обусловленное и изменяющееся состояние общественного сознания больших групп людей, выражаемое публично по проблемам, важным для общественно-политической жизни. Общественное мнение — конкретные суждения по тем или иным проблемам жизни, разделяемые многими членами общества.

2. Эмпирический— это более или менее осознанная сумма наблюдений о явлениях и процессах политической жизни, которые возникают у ее участников. Этот уровень формируется на почве практического повседневного опыта людей. В отличие от обыденного данный уровень сознания характеризуется большей определенностью и предметностью представлений о социально-политических процессах. И первому и второму уровню присущи чувства, настроения, импульсивность, эмоциональное восприятие происходящих политических событий. Эти несистематизированные взгляды и чувства, складывающиеся стихийно в процессе практической деятельности, составляют сферу политической психологии.
3. Теоретический— это наиболее высокая ступень в познании политической реальности. Она представляет собой систему взглядов и идей, выработанных на основе научного осмысления всей совокупности социально-политических отношений. Такой уровень сознания включает в себя более или менее целостное представление о существенных закономерных связях и отношениях социально-политической действительности. Система теоретически обоснованных взглядов и идей составляют политическую идеологию.

Таким образом, в структуре политического сознания различают уровни политической психологии и политической идеологии.

29. Политическая идеология: структура, функции, уровни

 

Политическая идеология представляет собой одну из наиболее влиятельных форм политического сознания, воздействующую на содержание властных отношений, орудие «духовного княжения» (Макиавелли) той или иной политической силы. Со времени появления соответствующего термина (его ввел французский ученый A. де Траси в XVIII в.) в науке сложились различные взгляды на это духовное явление. Так, основоположник теории идеологии К. Маркс видел в ней прежде всего форму иллюзорного сознания, вызванную противоречиями производственных отношений. К. Мангейм также понимал ее как совокупность ложных представлений. Однако большее внимание он уделял ее функциональным характеристикам и, в частности, способности сплачивать людей, аккумулировать их политическую энергию.

Американский теоретик Л. Сарджент полагал, что идеология, вырабатывая определенные цели и ценности политического развития, в то же время огрубляет решение практических проблем. Его соотечественник Ф. Уоткинс считал, что идеология всегда противостоит существующему положению вещей и является инициирует преобразования. Неомакиавеллисты (Р. Моска, Р. Михельс,  B. Парето и др.) придавали особое значение политической идеологии, рассматривая даже формы религиозного сознания как специфические формы ее проявления, порожденные нуждами легитимации власти. В то же время, несмотря на признание многими видными учеными весьма высокой роли политической идеологии в обществе, в политической мысли бытуют и представления, характеризующие ее как «служанку власти», не имеющую в политике сколь-нибудь серьезного веса. [10, с.268]

И все же большинство ученых трактуют политическую идеологию как определенную  доктрину, оправдывающую притязания той или иной группы на власть (или ее использование) и добивающуюся в соответствии с этими целями подчинения общественного мнения собственным идеям. Следовательно,

Политическая идеология — это разновидность корпоративного сознания, отражающая сугубо групповую точку зрения на ход политического и социального развития, отличающаяся склонностью к духовному экспансионизму. Это самое общее определение идеологии, но можно дать и другое, более конкретное определение идеологии: Политическая идеология —  это совокупность общественных идей, теорий, взглядов, которые отражают интересы определенных социальных общностей и политических групп, выражают их притязания на власть. [5, с.227]

 

Структура идеологии: 

1. Политические теории и учения. Благодаря им идеология служит целям познания, необходимого для социально-политической и мировоззренческой ориентации.
2. Ценности и нормы,позволяющие не только описать, но и объяснить социальную действительность, оценить ее и выработать к ней определенное отношение. Ценность – это стандарт, посредством которого субъектами отбираются цели своих действий. Норма – это предписание, служащее общим указанием для социального действия.
3. Элементы утопии– совокупность самоценных идеалов, способных влиять на человеческую мотивацию в социальной сфере (коммунизм в марксизме-ленинизме, американская мечта в американском либерализме).
4. Проекты и программы политического действия,служащие сплочению групп вокруг планов воплощения общественных идеалов.
5. Мифологическое началоприсутствует в идеологии за счет того, что поведением людей имеет не только предопределяется не только интеллектуальными и рассудочными факторами, но также и психологическими, связанными с чувствами, стереотипами и  верованиями.  

Политическая идеология является по преимуществу духовным орудием элиты. Именно от тактики поведения последней зависит степень идейного оформления тех или иных групповых интересов. Однако реальная роль политической идеологии в отношениях власти зависит от характера овладения ею общественным сознанием. 

Таким образом, основными функциями политической идеологии являются:

 — овладение общественным сознанием;

 — внедрение в него собственных критериев оценки прошлого, настоящего и будущего;

 — создание позитивного образа в глазах общественного мнения предлагаемых ею целей и задач политического развития. [10, с. 269]

 — при этом политическая идеология призвана не столько распространять, пропагандировать свои цели и идеалы, сколько добиваться целенаправленных действий граждан во исполнение поставленных ею задач.

 — с точки зрения политических функций, идеология стремится сплотить, интегрировать общество либо на основе интересов какой-нибудь определенной социальной (национальной, религиозной и др,) группы, либо для достижения целей, не опирающихся на конкретные слои населения (например, идеология анархизма, фашизма). При этом, помимо рациональных — нередко теоретически обоснованных положений, любая идеология предполагает некую дистанцированность от действительности, исповедует те цели и идеалы, которые людям предлагается воспринимать на веру.

В меньшей степени таким налетом верований обладает  официальная идеология, направляющая реальный курс государственной политики и потому в основном приукрашивающая действительность. Особой же предрасположенностью к утопизму обладают идеологии оппозиционных сил, как правило, ожидающие от власти значительно большего, чем она может дать, и стремящиеся с помощью красивого идеала привлечь к себе массы сторонников. 

Обычно выделяют следующие уровни идеологии: [10, с.269-270; 5, с.228]

теоретико-концептуальный, на котором формулируются основные положения, раскрывающие ценности и идеалы определенного класса (нации, государства) или приверженцев какой-то определенной цели политического развития;

программно-политический, на котором социально-философские принципы и идеалы переводятся в программы, лозунги и требования политической элиты, формируя таким образом нормативную основу для  принятия управленческих решений и стимулирования политического поведения граждан. И если политические принципы формируют приверженцев и предполагают дискуссии сторонников разных ценностей, то программы разрабатываются для ведения непосредственной политической борьбы, предполагающей подавление (нейтрализацию) оппонентов.

актуализированный, который характеризует степень освоения гражданами целей и принципов данной идеологии, меру их воплощения в практических делах и поступках. Данный уровень может характеризоваться довольно широким спектром вариантов усвоения людьми идеологических установок: от легкой смены политических позиций, не затрагивающих гражданские убеждения, до восприятия людьми своих политических привязанностей как глубинных мировоззренческих ориентиров.

Трансляция идеологии в массовое сознание осуществляется через пропаганду, назначение которой заключается в том, чтобы через формирование системы политических убеждений направлять политическое поведение больших масс людей, создавая в их сознании необходимые политические ориентации. Успех пропагандистского влияния в значительной степени определяется умением придать той или иной идее образную форму, способную вызвать позитивный эмоциональный отклик у людей, специально этой идеей не интересовавшихся и со всей системой ее обоснования не знакомых. Носителями политических образов служат лозунги — краткие, эмоционально насыщенные формулировки задач политического действия или выражения насущных политических требований, а также символы — условные обозначения жизненно важных для участников политического процесса предметов и действий, центры концентрации, сосредоточения политических эмоций, направляющие, канализирующие социальную энергию. Благодаря идеологии политика приобретает ряд весьма важных для осуществления власти и управления качеств:

 — объединяет большие массы людей вокруг единой цели, т.е. на рациональной основе;

 — придает политическому действию последовательность и направленность, обеспечивает соответствие не только потребностям субъекта политики, но и реальным условиям, в которых происходит его деятельность;

 — формирует разнообразные средства политической коммуникации — общезначимые для политической общности понятия, образы
символы — важнейшие элементы языка политики, диалога власти и
общества.

Это предполагает движение к обретению национальной идеи, такой формы идеологии, которая могла бы служить не мировоззрением узкой секты, но видом духовного творчества народа, что возможно при соблюдении следующих условий:

—         такая идеология должна генерироваться из культуры, исторического опыта, народного сознания и творчества;

—         ее органической частью должны быть общечеловеческие ценности, как бы гарантирующие от нацеленности на нанесение очевидного вреда;

—         она должна сочетаться с существованием политического и идейного плюрализма, что оказывается возможным при наличии согласия участников политического процесса по относительно небольшому, но устойчивому кругу политических и социальных ценностей, таких как безопасность, благосостояние, свобода, справедливость

 

30. ЛИБЕРАЛИЗМ

Перевод

ЛИБЕРАЛИЗМ

ЛИБЕРАЛИЗМ (лат. liberalis — свободный) — социально-политическое учение и общественное движение, основной идеей которого является самодостаточная ценность свободы индивида в экономической, политической и др. сферах жизни общества. Впервые либералами назвали группу людей, готовивших текст конституции в Испании (1812). В Европе понятие Л. связано с классическими теориями английских политэкономов, в которых развивалась мысль о невмешательстве государства в экономику. Л. выступал за развитие личной инициативы индивидов, свободу торговли, свободное ценообразование и оплату труда, которые образуются в процессе конкуренции между товаропроизводителями на рынке. Традиционно первые либеральные идеи относят к эпохе античности, в частности, к учению Сократа об истине и его взглядам на справедливое государство. Позднее римскими стоиками развивалась идея об универсальной природе человека, а их этическое учение о внутренней духовной свободе личности и естественном праве вновь привлекло внимание многих философов и политических мыслителей 17-18 вв. В 17 в. критические философские взгляды Декарта, Милто-на и Спинозы на государство, на человека как существо социальное и рациональное, на религию, на право и т.д. предопределили характер развития либеральных идей в Европе. Немаловажную роль сыграло и протестантско-реформатор-ское движение, выступившее с требованием свободы вероисповедания. Религиозное мировоззрение стало ослабевать в последовавший век расцвета знаний и научно-технических открытий, которые были положены в основу развития капиталистического производства. Буржуазные революции в Англии и Франции 17-18 вв. привели к разрушению феодальных отношений, падению абсолютизма и ограничению привилегий аристократии, а также к появлению нового торгово-промышленного класса — буржуазии. С возникновением этого класса начинается период развития капитализма, которому и в идеологии, и в экономике, и в политике соответствует определенная система ценностей, воплотившаяся в Л. Последний увидел в государстве потенциальную угрозу свободе индивида в обществе. Идеи античных мыслителей и их последователей о естественных правах индивида, о правовом государстве — конституционном правлении, основанном на разделении исполнительной, законодательной и судебной власти, неотъемлемых правах человека на свободу слова, вероисповедания, объединения в политические организации составили политическое кредо Л. Главным принципом Л. является не абсолютная свобода вообще (ни одна форма правления не допускает абсолютной свободы, — писал Локк), а максимальная свобода мыслить, исповедовать любую религию, высказывать и обсуждать личные взгляды, организовываться в партии, заниматься предпринимательской деятельностью, продавать товары (в том числе собственный труд) и получать вознаграждение, выбирать себе правителей, а также новую форму государственного устройства, если наличная противоречит свободному развитию общества. Согласно взглядам Локка и Руссо, человек обладает естественным правом на максимальную свободу, и государство обязано ее защищать, в равной мере как люди вправе защищать свою свободу от государства. Последовательными сторонниками подобных взглядов являлись Юм, Кант, Т. Джефферсон, Б. Франклин, Монтескье, Кондорсе и др. Идеи естественного права нашли свое отражение в американской Декларации независимости (1776), во французской Декларации прав человека и гражданина (1789), а также во Всеобщей декларации прав человека. Исторически идея свободы связана с отношениями людей к собственности, которая определяет их социальное положение и размеры получаемых ими социальных благ. Моральная дилемма отношения индивидов к социальным благам, которую пытались решить философы и просветители, была впервые осмыслена в контексте современного ему общества А. Смитом. Он считал, что система, основанная на естественной свободе индивида, свободе рынка и конкуренции ведет к благосостоянию народа. В свободной конкуренции корыстолюбивых индивидов он видит источник экономического роста, социального порядка и общественного блага. Индивидуализм ведет не к хаосу, а к порядку и процветанию. В труде «Богатство народов…» Смит высказывает мысль о том, что рынок регулируется самостоятельно в процессе конкуренции частных товаропроизводителей, и через него лежит путь к экономическому росту и изобилию. Д. Рикардо (1772-1823) увидел в накоплении капитала пружину экономического роста. Экономическая политика должна быть направлена на то, чтобы облегчить и способствовать такому накоплению. Он был убежден, что экономическая свобода содействует получению максимальных прибылей, которые могут стать основным источником инвестируемого капитала. Предпринимательство ведет к максимальному экономическому росту, ибо прибыль составляет основу накоплений, которые необходимы государству для раз вития. В «Трактате по политической экономии» (1803) Ж.Б. Сэйем был сформулирован закон рынка, согласно которому в экономике не может быть дефицита и избытка товаров. Если в одной отрасли экономики возникает перепроизводство, а в других недопроизводство, то падение цен в одних отраслях и увеличение в других заставляет предпринимателей искать способы к исправлению положения. Люди производят товары для обмена. Таким образом само производство порождает спрос и не может не удовлетворять его. Вентам, Милль и др. были сторонниками создания социальной системы, основанной на демократических принципах правления большинства. По мнению Бентама и его последователей, такая социальная система способна максимально увеличить всеобщее благосостояние и распределить его по возможности справедливее. Утилитаристская философия Бентама значительно отличается от классических либеральных взглядов 18 в., провозглашавших свободу индивида как конечную цель общественной политики. Он увидел возможности потенциального конфликта в идее, что только деятельность индивида может способствовать благосостоянию. Возможно, например, что действия преследующего личные цели человека может повредить другому и таким образом ограничить его свободу. К тому же, человеческое общество организовано созданными самими же людьми социальными институтами. Сознательная деятельность людей может спо собствовать и появлению социальных форм, которые позволят им жить справедливее. Таким образом, классический Л. через утилитаризм Бентама допускает вмешательство государства в общественную жизнь ради социального блага. Экономический Л. выступает за свободу предпринимательской деятельности, право частной собственности, право на наследство, свободную конкуренцию и невмешательство государства в экономическую деятельность индивидов. Главную задачу государства он видит в том, чтобы оно не препятствовало развитию инициативы и предприимчивости субъектов экономической деятельности, а помогало им. Государство не должно посягать на экономическую свободу, а поддерживать тех, кто взял на себя ответственность и риск за собственное дело. Угрозы, ограничения и жесткие законы еще никогда не способствовали эффективному развитию экономики, а приводили к противоположному результату. Если ограничена свобода индивидов в праве выбора рода деятельности, в праве создавать промышленные или коммерческие предприятия, едва ли можно говорить о либеральной экономике вообще. Л. стремится максимально ограничить вмешательство государства в экономику и видит основными субъектами экономической жизни частные лица. Политический Л. признает за гражданами право на участие в государственной жизни, которое реализуется в процессе выборов главы государства, представителей центральных и местных органов государственной власти, а так же право объединяться в общественные, политические, профессиональные и др. организации, партии. Гражданам гарантированы свобода совести, слова, печати, право выбора места жительства. Хотя политический Л. и связан с идеей демократического государства, либеральная экономика совместима и с авторитарными формами политической власти. Неоклассическая либеральная экономическая теория, появившаяся в конце 19 в., нашла свое логическое обоснование в концепции чистой капиталистической экономики Л. Вальраса (1834-1910). Вальрас стремится выйти за пределы специфических социальных и политических реальностей и рассматривать исключительно проблемы производства и распределения ресурсов. Однако теоретически концепция Вальраса не смогла объяснить неустойчивое развитие капитализма в период между двумя мировыми войнами. Крупнейший английский экономист и политический деятель Дж.М. Кейнс (1883-1946) восполнил этот пробел и предложил новую экономическую теорию, направленную на сохранение и оживление рыночной экономики в Европе. Согласно Кейнсу, капитализм нестабилен, ему имманентно присуща тенденция к стагнации, сопровождающаяся хронической безработицей. Поэтому государственное вмешательство в сферу экономики необходимо, чтобы капиталистическая экономика функционировала эффективно. Кейнс является сторонником активной роли государства в сфере финансов, полагая что внимание государства к расходам правительства, налоговой системе, внешнему долгу, а также к поддержанию равного соотношения между накоплениями и расходами может содействовать стабилизации цен и экономики. В послевоенное время в экономических теориях утверждается взгляд, согласно которому государство путем создания расходной части бюджета и налогообложения может добиться устойчивости экономики и преодолеть тенденцию к стагнации и безработице. Последователи Кейнса также признают необходимость государственного регулирования капиталистической экономики. Современные неолиберальные экономические концепции (Фридман, Хайек, А. Лепаж) исходят из того, что не капитализм исчерпал свои возможности, а вмешательство государства в течение последних десятилетий препятствовало нормальному функционированию капитализма. По их мнению, подлинного капитализма еще нет, он появится лишь тогда, когда функционирование экономики станет в достаточной степени либеральным. Капиталистическая экономика, в основе которой лежит конкуренция, саморегулируется под действием закона спроса и предложения. Таким образом, вмешательство государства в экономику должно ограничиваться уважением законов функционирования капитализма. Л. является осознанной альтернативой авторитарно-марксистским взглядам на государство и его роль в экономической и политической жизни общества.

31. Консерватизм(лат. Conservo – сохранять, беречь) – идеология, направленная на сохранение и поддержку существующих форм общественной жизни (социально-экономического уклада, политического устройства, культурной среды, традиционных и духовных ценностей). Оформление консерватизмав определенную систему взглядов относится к концу XVIII – началу XX в.в. и было реакцией на довольно широкое распространение либеральных идеалов, но прежде всего на радикальные идеи и преобразования Великой французской революции 1789 г. На начальном этапе своего становления эта идеология отражала интересы светских и церковных феодалов, возмущенных «дерзостью» либеральной мысли и политической практикой французских революционеров, стремившихся изменить существующий порядок, освященной вековой историей. Последователи этого течения выступали против общественного прогресса и демократии, за сохранение традиционных институтов (сильного автритарного государства, влиятельной церкви, частной собственности), за иерархическое устройство общества, основанное на естественном неравенстве и традиционных привилегиях, бережное отношение к устоявшимся традициям и т.д.

Основоположником консерватизма считается английский общественный деятель Э. Берк (1729-1797), изложивший свои взгляды в работе «Размышления о Французской революции», которая и сегодня считается «Библией» консерватизма.

К основным ценностям консерватизма он относил:

• культ традиций, национальной культуры, морали, патриотизма;
• приоритет интересов государства над интересами личности;
• сильное иерархическое государство;
• авторитет церкви, семьи, школы;
• прагматизм, здоровый смысл, скептецизм;
• постепенность и осторожность процесса социальных изменений;
• преемственность в развитии;
• историческое единство прошлого, настоящего и будующего;
• свобода и ответственность.

На основе этих взглядов Берка и других мыслителей и политиков в XIX в. сложился устойчивый комплекс консервативных идей и ценностей, получивших название классического консерватизма.

Его основные идеи:

• признание ограниченности возможностей человеческого разума в познании общества и несовершенства человеческой природы;
• эффективная государственная власть (в связи со своим природным несовершенством человек не может жить без государства и других социальных институтов: государство призвано сдерживать присущие людям и отдельным группам эгоизм, поддерживать социальный мир и заботиться об общем благе. Без такой роли государства общество ждет либо гражданская война, либо неограниченное господство одной группы). Успешно выполнять свои функции может лишь сильное, авторитетное, но не диктаторское государство;
• интересы государства, нации выше, чем интересы индивида или какой-либо социальной группы;
• в экономической сфере – святость частной собственности, ориентация на развитие частного предпринимательства;
• социальное равенство – противоестественно для общества, так как сама природа человека обусловливает неравенство – между мужчинами и женщинами, трудолюбивыми и ленивыми, умными и посредственными людьми др. Поэтому нормальное общество естественно воспроизводит неравенство, которое в свою очередь стимулирует соревновательность между людьми, что способствует здоровому развитию общества при условии авторитетного контроля государства. Равенство должно существовать лишь в области морали и добродетели, и все обязаны исполнять свой долг;
• функционирование общества регулируют не только законы, но и обычаи и традиции. Концепция единства прошлого, настоящего и будущего, преемственности в обновлении социальных связей, передающихся от предков к потомкам. (Будущее во многом определяется прошлым, поэтому важное значение придается формированию исторического сознания своих народов, уважительному отношению к прошлому);
• отказ от революционных преобразований и ориентация на постепенные изменения в обществе, что предоставляет возможность их дальнейшей корректировки, обеспечивает стабильность.

Анализируя основные постулаты классического консерватизма, необходимо обратить внимание на его главенствующую черту – традиционализм. Следует подчеркнуть, что консерваторы рассматривают традиции не как ориентацию на прошлое, а как условие преемственности и связи прошлого, настоящего и будущего и тем самым использования достижений предков для улучшения жизни нынешних и будущих поколений. Внимание к традициям помогает формировать историческое сознание, что дает возможность объяснить истоки и причины современных явлений, ставить реальные, свободные от утопизма цели. В тоже время бережное отношение к традициям вовсе не означает отрицания необходимых общественных перемен, но они целесообразны лишь тогда, когда существующие принципы доказали свою несостоятельность. Подчеркивается также, что при обновлении общества необходимо не скоропалительно отказываться от «устаревших» принципов, а серьезно думать над тем, что сохранить и передать в будущее.Важным понятием для консерваторов является «порядок» , противостоящий хаосу, и лишь при наличии которого возможны «добрые дела» (Берк). Особую роль в поддержании порядка отводится государству, которое отделяется от общества и становиться над ним.

В силу такого широкого толкования традиционализма, порядка, свободы индивида и др. принципов, социальная база консерватизма со временем значительно расширяется: его последователями становятся не только представители «обреченных» социальных групп, положению которых угрожают объективные тенденции общественно исторического развития, но и прагматически настроенные силы, стремящиеся к порядку, стабильности и отрицающие неопределенность, непредсказуемость скоропалительных изменений. Широкое распространение консервативных идей имеет место в 70-е годы ХХ ст, что многие исследователи связывают с трансформацией некоторых его идей и формированием нового течения – неоконсерватизма, черты которого проявились в США в период президентства Р. Рейгана, в Англии – премьерства М. Тетчер (партия тори-консерваторы), в Германии – канцлерства Г. Коля, возглавившего блок ХДС-ХССС.

В поисках путей разрешения некоторых «больных» вопросов современности (экономические кризисы, политическая нестабильность, растущая зависимость человека от технической сферы, разрушение традиционных межличностных коммуникаций, рост антисоциального поведения и пр.), консерваторы несколько обновили свой идеологический арсенал:

• по прежнему настаивая на необходимости формирования сильной власти и сохранении в обществе позиций сильного государства, неоконсерваторы, усматривая главные причины многих негативных явлений в чрезмерном вмешательстве государства в дела гражданского общества, пошли на некоторое ограничение государственного интервенционизма;
• сила государства в его профессионализме и моральности;
• являясь ярыми противниками уравнительного распределения благ, требуют сокращения социальных программ, т.к. убеждены, что превращение государства в «дойную корову» развращает человека;
• укрепление морали, семьи и религии. (Возвращение к испытанным традиционным ценностям поможет людям обрести духовное равновесие, освободиться от социального иждивенчества и активизировать собственные усилия на обеспечение своего благополучия);
• активизация в сфере международной политики. Усиление власти своей страны, превращение ее в мировую державу считается высшей и абсолютной целью, которой должны быть подчинены интересы всех граждан;
• идея прогресса не отрицается, но необходимо, чтобы развитие было органичным и будущее не уничтожало прошлое.

Понятие консерватизм и либерализм в недалеком прошлом, в значительной мере благодаря марксистским трактовкам, понимались в негативном свете. Если либерализм отождествлялся с излишней терпимостью, токонсерватизм считался реакционным идеологическим течением, для которого характерна приверженность ко всему устаревшему в общественной жизни. В последние годы наблюдается возрастание интереса к этим течениям. Отказываясь от наиболее догматичных постулатов, взаимно обогащаясь, заимствуя некоторые социалистические идеи, эти политические течения становятся привлекательными для широких слоев населения.

32. Социал-демократия, как одно из направлений социалистической идеологии, возникла в конце XIХ в. в недрах марксизма и в своем развитии прошла три этапа. Напервом этапе(80-е – 90-е годыXIХ в.) большая часть социал-демократических партий были объединены во ІІ Интернационале, созданном Ф. Энгельсом в 1889 г. и разделяла основные марксистские принципы относительно революционного пути перехода к социализму, насильственных форм преобразования общественных отношений и роли диктатуры пролетариата в этих процессах. Но уже в концеXIХ – начале ХХ в.в. начинается критическое переосмысление марксистской теории, связанное с именами известных деятелей немецкого рабочего движения Ф. Лассаля(1825-1864), Э. Бернштейна (1850-1932) и К. Каутского (1854-1938) — именно они и считаются родоначальниками социал-демократии. Ф. Лассаль выдвинул положение о возможности мирного перехода к социализму на основе всеобщего избирательного права (что противоречило марксистскому положению о роли революции), а также рассматривал государство как институт, стоящий над классами (что шло вразрез с марксистским положением о государстве как аппарате насилия одного класса над другим). Э. Бернштейн и К. Каунтский стали агитировать против таких марксистских положений, как классовая борьба, социальная революция и диктатура пролетариата (в издававшихся ими газетах «Социал-демократ» и «Нойецайт»).

Второй этап в развитии социал-демократической мысли (первая треть ХХ в.) – очень сложный. В начале ХХ в. происходит раскол социал-демократии на три течения: правое (оппортунистическое — «соглашательское»), левое (революционное) и центристское (колебавшееся между «правыми» и «левыми»). Этот раскол был выражени организационно: в 1919 г. «левые», возглавляемые Лениным, создали Коммунистический Интернационал (1919-1943) – его иногда называют ІІІ Интернационалом; «правые» в 1920 г. провозгласили о возрождении ІІ Интернационала (практически прекратившего свою деятельность в годы І мировой войны). В 1923 г. была сделана попытка объединения «правых» и «центристов» созданием Рабочего Социалистического Интернационала (РСИ). Однако деятельность социал-демократических партий в сложных социально-политических условиях в период между двумя мировыми войнами не была развернута, а в 1940 г. РСИ прекратил свое существование (после оккупации фашистами Брюсселя, где располагалась штаб-квартира РСИ).

Третий этап относится к послевоенному времени. На этом этапе завершается формирование социал-демократической доктрины, что в значительной мере связано с деятельностью Социнтерна, восстановленного в 1951 г. на международном конгрессе, состоявшемся во Франкфурте-на-Майне. В принятой на этом конгрессе Франкфуртскойдекларации Социнтерна открыто заявлено об отказе от марксизма, как идейно-теоретической основы рабочего движения и переходе к реформизму.

Наиболее полная современная интерпретация социал-демократической идеологии содержится в выдвинутой Социнтерном концепции «демократического социализма» (термин ввел К. Каутский), которая, как декларировалось в принятой первой программе, должна стать основой для преобразования капиталистического общества в социалистическое. В 1989г. в Стокгольме, принят новый программный документ — «Декларация принципов», в котором содержится попытка раскрыть смысл концепции демократического социализма.

Характерные черты социал-демократической доктрины, которая воплощена в концепции демократического социализма:

— социализм – общественной строй, который достигается нев результате классовой борьбы и революционной ликвидации капитализма, а путем реформ;

— в экономической сфере – сохранение частной собственности и функционирование других форм собственности, т.е. поддержка идеи смешанной экономики;

— государственное регулирование экономикой;

— национализация крупнейших компаний;

— самоуправление рабочих коллективов и фермеров;

— участие профсоюзов в разработке национальной экономической политики;

— участие трудящихся в принятии решений на уровне компаний и предприятий;

— разработка и поддержание социальных программ, направленных на обеспечение роста среднего класса, достижения высшего уровня политической, социальной, экономической свободы, социального равенства и справедливости, особенно в сфере образования, здравоохранения, культуры и информации;

— в международном плане – разработка и поддержание программ, обеспечивающих стабильность в мире.

Как следует из основополагающих документов Социнтерна, демократический социализма – это «общественная модель, которая на базе парламентской демократии и правового государствапостепенно шаг за шагом устраняет недостатки и классовую разобщенность, осуществляет демократию в государстве, экономике и обществе ….. равно как и личную и духовную свободу и тем самым завоевывает и охраняет свои ценности: свободу, справедливость и солидарность.»

На современном этапе социал-демократическая идеология — одна из трех наиболее влиятельных: она объединяет партии этой направленности в более, чем ста государствах мира. Наибольший успех социал-демократия достигла в странах Западной и Северной Европы , всему миру известны имена Вилли Брандта(председатель Социнтерна, федеральный канцлер ФРГ в 1969-1974 г.г.), Улофа Пальме (премьер-министр Швеции в 1969-1976 г.г. и 1982-1986 г.г.), Франсуа Миттерана (президента Франции в 1981-1995 г.г.),Фелипе Гонсалеса (первый секретарь Испанской социалистической рабочей партии, возглавивший испанское правительство в 1982 — 1996 г.г. ) и др.Социал-демократы создали свою организационную структуру в Европарламенте – Социалистическая группа европейского парламента (СГЕП). По результатам выборов в этот орган стран Евросоюза с конца 79-х годов СГЕП является самой многочисленной. Выработав общую позицию по многим политическим и экономическим вопросам, они реально влияют на развитие Европы и мира.

Социалистические идеи разделяют и партии других направлений: «зеленые» (входившие в коалиционное правительство ФРГ до 2006г., возглавляемое социал-демократом Г. Шредером); христианские партии, проповедующие идею избавления трудящихся от эксплуатации и бедности путем морально-религиозного самоусовершенствования, сохранения частной собственности и осуждения классовой борьбы и социальных революций

33. Социальныеконфликты— активно развивающаяся область знания. Ее истоки восходят к работам К. Маркса, М. Вебера, Э. Дюркгейма. 

    В настоящее время взгляды на природу и формы конфликтов настолько многообразны, что возникли целые школы и направления Даже научные дисциплины, в частности конфликтология. 

    Конфликт — столкновение двух или более разнонаправленных сил с целью реализации их интересов в условиях противодействия. 

    В изучении конфликтов можно выделить два основных направления. 

    1. Концепции Э. Дюркгейма, Т. Парсонса, Н. Смелзера, где преимущественное внимание уделяется проблеме стабильности и устойчивости (функционализм); 

    2. Теории К. Маркса, М. Вебера, Р. Дарендорфа, где проблематика конфликта занимает доминирующее место при объяснении социальных процессов и изменений (структурализм). 

    По мнению Т. Парсонса, каждое общество — относительно устойчивая, хорошо интегрированная и стабильная структура; каждый элемент общества имеет определенную функцию, т.е. вкладывает нечто в поддержание устойчивости системы; функционирование социальной структуры основывается на ценностном консенсусе членов общества, обеспечивающем стабильность и интеграцию. 

    Р. Дарендорф полагает, что каждое общество изменяется в каждой своей точке, что социальные изменения вездесущи; каждое общество в каждой своей точке пронизано рассогласованием и конфликтом, социальный конфликт вездесущ; каждый элемент в обществе вносит свой вклад в его дезинтеграцию и изменение; каждое общество основано на том, что одни члены общества принуждают к подчинению других. 

    По мнению Дарендорфа, “кто умеет справиться с конфликтами путем их признания, тот берет под свой контроль ритм истории. Кто упустит эту возможность, получает ритм себе в противники”. С его точки зрения, социальный конфликт результат сопротивления существующим во всяком обществе отношениям господства и подчинения. Подавление конфликта ведет к его обострению, а “рациональная регуляция” — к “контролируемой эволюции”. 

    Л. Козер определяет социальный конфликт как идеологическое явление, отражающее устремления и чувства социальных групп или индивидов в борьбе за объективные цели: власть, изменение статуса, перераспределение доходов, переоценку ценностей и т.п. По его мнению, ценностьконфликтов состоит в том, что они предотвращают окостенение социальной системы, открывают дорогу инновациям. 

    Видный американский специалист по общей теории систем К.Э. Боулдинг попытался создать общую модель конфликта, зафиксировать ее с помощью формализованного аппарата таким образом, чтобы она была пригодна для каждого отдельного случая мнению Боулдинга, конфликты знаменуют собой осознанные и созревшие противоречия и столкновения интересов. Иными словами, конфликт — “… это ситуация, в которой стороны сообщают о несовместимости их потенциальных позиций или состояний и стремятся завладеть позицией, исключающей намерения другой стороны” (Мир политики. Суждения и оценки западных политологов. М., 1992. С. 114). 

    Согласно общей теории конфликтов Боулдинга, общественные конфликты в соответствии с уровнем организованности сторон делятся на три большие группы: конфликты на уровне индивидуумов, групп и организаций. Классификацией трех организационных уровней обусловлена следующая типология: 

    1) конфликты между индивидуумами; 

    2) пограничные конфликты между изолированными в пространстве группами; 

    3) экологические конфликты между пересекающимися в пространстве группами; 

    4) конфликты между гомогенными организациями (например, государствами); 

    5) конфликты между гетерогенными организациями (например, между государством и церковью); 

    6) конфликты между индивидуумом и группой (например, в семье); 

    7) конфликты между индивидуумом и организацией (например, между гражданином и государством); 

    8) конфликты между группой и организацией. 

    Наиболее уязвимое место общей теории конфликтов — чрезмерное обобщение. Многие авторы теории конфликтов классифицируют конфликтысогласно их интегрирующему или дезинтегрирующему характеру. В противовес этому в общей теории конфликтов А. Раппопорта выделяются три главных типа и одновременно три Уровня конфликтов: война, игра и спор. 

    Война: бескомпромиссная борьба до победоносного конца и применение любых, в том числе насильственных, средств. Игра: Разрешение конфликта на основе действий по заранее определенным правилам; результат — получение выигравшим существенно не жизненно важных, преимуществ.

34. Политические конфликты– это противоборство политических субъектов, обусловленное противоположностью их политических интересов. Цель политического конфликта – борьба за влияние в системе политических отношений, за политический статус, доступ к принятию общезначимых решений, распоряжение ресурсами, словом все то, что составляет власть и политическое господство. 

    Так, за последние 55 веков человечество жило в мире всего 300 лет. На протяжении этих веков произошли 14,5 тыс. войн (включая две мировые), в которых погибло 3,6 млрд. человек. За последние 40 лет земное сообщество ввергалось в войны 250 раз, всего в этих войнах участвовало 90 государств, а их потери составили более 35 млн. человек. 

    Для западной науки с ее богатыми традициями в области конфликтологической парадигмы характерна исключительная поливариативность методологических оценок и подходов к обозначению феномена политического конфликта. Поэтому и сегодня продолжается дискуссия относительно содержания указанной категории, несмотря на уже ставшие классическими определения, которые даны в работах Л. Козера, К. Боулдинга, Р. Дарендорфа и др. Особенно важна в этом отношении социально-политическая концепция французского социолога П. Бурдье. 

    Формирование социальных классов, групп и их агентов, конфликтных и конкурентных отношений между ними французский социолог связывает с неравным распределением капитала – экономического, культурного, социального, престижного. Причем способ функционирования различных групп изначально двойственен. С одной стороны, они основаны «на вере в собственное существование», что обозначено организациями и символикой. С другой стороны, эта вера не есть чистая фикция благодаря институтам, ответственным за ее воспроизводство. Но конфликтны не только интересы больших социальных групп, не только действия больших политических партий, отражающих эти интересы, но и представления в голове самого индивида относительно программ и кандидатов на властные статусы и роли. 

    Различают три основных типа политических конфликтов. 
    1. Конфликты интересов. Преобладают в экономически развитых странах, устойчивых государствах, политической нормой которых является торг по поводу экономических привилегий и ущемлений. Как правило, это борьба за определенные экономические интересы – размер налога, объем социального обеспечения. Этот тип конфликта легко поддается урегулированию, так как здесь достаточно просто найти компромиссное решение. 

    2. Конфликты ценностей. Характерны для развивающихся стран с неустойчивыми политическими ценностями и экономикой. Регулирование данных конфликтов требует больших усилий из-за трудностей нахождения компромиссов. Поэтому переход конфликта в латентную фазу можно рассматривать как оптимальный выход из ценностного конфликта. 

    3. Конфликты идентификации. Характерны для обществ, где отождествление субъекта происходит не с обществом в целом, а с определенной группой (этнической, языковой, религиозной). Этот тип конфликта возникает в условиях расовой, этнической, религиозной противоположности и выливается в этнический сепаратизм, религиозный экстремизм. 

    Соотношение в конфликте интересов и ценностей может быть различным как в структурном плане (конфликтные группы гетерогенны, состоят из имеющих разные уровни интересов и ценностей различных подгрупп), так и во временном аспекте: конфликт интересов может со временем перерасти в конфликт ценностей. Отмечая сложность идентификации подобного конфликта, американский политолог Дж. Ротман пишет, что одним из атрибутов ценностного конфликта является его «неуловимость». Другими словами, такой конфликт глубоко субъективен; соперники, оказавшиеся в конфликте ценностей, иногда сами с большим трудом могут объяснить природу своего соперничества. Когда конфликтующие стороны описывают свои спорные проблемы в категориях истории, событий или значимости, внешнему наблюдателю может показаться, что он слышит совершенно разные рассказы. Субъективный опыт соперников формируется специфической культурной реальностью и историческим контекстом. Более того, восприятие соперниками друг друга совершенно различно. То, что одной стороне представляется как борьба за свободу, другой – как терроризм. При конфликте ценностей предполагается смена политической системы, изменение правил политической игры. Практические все политические революции были проявлениями ценностных конфликтов. При конфликтах подобного рода происходит столкновение различных систем ценностей, разных идеологий. Эти факторы обеспечивают их высокую интенсивность, непримиримость и ожесточенность. 

    В зависимости от уровней участников политический конфликт может быть: 
    — международным (субъекты — государства и их коалиции); 
    — региональным (субъекты – региональные политические силы); 
    — местным. 

    Существует следующее разделение внутриполитических конфликтов: 
    — позиционный конфликт. Субъектами выступают политические институты, осуществляющие власть, но занимающие разные позиции. Предметом таких конфликтов являются отдельные элементы политической системы и политики правящих кругов. Их разрешение ведет к частичным изменениям системы; 
    — оппозиционный конфликт. Субъектами являются, как правило, группировки, оппозиционно настроенные по отношению друг к другу, подвластные массы, выступающие против существующих порядков, господствующей элиты. Предметом конфликта в данном случае является существующая система государственной власти, существующий режим. 

    Оппозиционные конфликты вовлекают в сферу противоборства все политические институты, значительные массы населения. В позиционных конфликтах участвуют лишь некоторые институты, части элит, соперничающие массы. 

    Для разрешения конфликта необходимо управление конфликтом и его регулирование, под которым понимается разработка и применение системы мер, направленных на ограничение интенсивности и масштаба конфликта. 

    Политической практикой выработаны определенные способы разрешения и регулирования конфликтов. В их числе – компромисс и консенсус. 

    Компромисс– это соглашение на основе взаимных уступок. Если соглашение навязывается сложившимися обстоятельствами, то их относят к вынужденным. Если же соглашение соответствует какой-либо части политических интересов всех взаимодействующих сил, то их можно относить к добровольным. На основе таких компромиссов создаются многообразные партийные блоки и политические коалиции. 

    Консенсус – состояние согласия большинства общества, основных социально-политических сил относительно наиболее важных принципов политической организации, распределения власти, ценностей и т. д. Консенсус – универсальный принцип функционирования демократии, позволяющий разрешать и предупреждать противоречия, конфликты, снимать напряжение в обществе. Эффективность консенсуса зависит от участия в распределении вознаграждений, льгот, власти, благосостояния общества, политической культуры. 

    Урегулирование конфликта подразумевает: 
    — предупреждение открытых форм проявления конфликта, сопровождающихся открытыми формами конфликта. Для предупреждения основной акцент делается на выявление причин конфликта, широкого развития системы образования, телевидения, радио и т. д.; 
    — разрешение конфликта, предполагающее устранение причин, вызывающих их. Для разрешения конфликта Дж. Бертон предложил систему мер, таких как: правильно организованное общение между социальными группами, находящихся в конфликте; изменение характера отношений сторон друг к другу; методы по снятию ложной идентификации групп, например, по национальному признаку; организация встреч и дискуссий между конфликтующими сторонами; 

    — формирование нового уровня отношений участников, улаживание конфликта. Перевод конфликта в рациональное русло. Считается, что очень немногие конфликты являются конфликтами с нулевой суммой, то есть когда все интересы сторон полностью противоположны. Но даже если конфликт близок к такому, необходимо, чтобы участники через включение дополнительных вопросов, или, наоборот, исключая ряд из них, или путем формирования целей более высокого порядка сделали конфликтную ситуацию не с нулевой суммой. 

    Есть и другие методы снижения напряженности. Так, в международной практике к участникам конфликта применяют санкции, чтобы побудить их к поиску мирных средств решения проблемы. 

    Один из ведущих представителей англосаксонской политологии Д. Аптер, исходя из теории равновесия общества, предполагал, что задача общества состоит в том, чтобы конфликты ценностей переводить в конфликты интересов или предпочтений. Для этого используют различные методы: переговоры, посредничество и т. д. Однако важным при этом является соблюдение ряда условий: 
    — согласие с правилами ведения переговоров обязательно для всех сторон; 
    — недопущение идеологизации конфликта, то есть введения его во все более широкий и глобальный ценностный контекст; 
    — дробление конфликта. 

    Интересен и полезен опыт группы Л. Блумфильда, которая еще в 1960-е гг. предприняла попытку формализованного анализа конфликта на основе базы данных и компьютерных программ. База данных, имевшаяся в распоряжении исследователей, включала в себя банк по 27 конфликтным ситуациям и мерам, принятым для ослабления конфликта. Такая модель нашла широкое применение в государственных структурах США для аналитической поддержки при принятии решений в конфликтных ситуациях. Ими были представлены различные стратегии разрешения конфликта: 
    — стратегия силы сориентирована на ликвидацию противника – либо как биологического организма, либо как дееспособного и свободного в выборе своих действий субъекта; 
    — стратегия уязвления противника предполагает изменение обстоятельств, в которых оппонент выдвигал нежелательные требования; 
    — стратегия уклонения заключается в ожидании благоприятного момента для выдвижения требований, она не предусматривает воздействия на другого участника или участников; 
    — стратегия партнерства направлена на поиск таких вариантов решения проблемы, которые позволили бы удовлетворить интересы всех сторон, причем в максимальном объеме. 

    Одним из факторов политической конфликтности является господствующий политический режим. В обществе тоталитарного типа открытые политические конфликты являются редким явлением. И дело здесь не только в том, что насилие по отношению к оппозиции является гарантом общественного порядка. Сама социальная среда не располагает рядом необходимых условий для нормального функционирования социальных отношений. Как справедливо заметил А. Токвиль, социальные конфликты исчезают, если доминирующей становится такая централизованная государственная власть, противостоять которой не может ни одна группа. 

    Совершенно другая ситуация складывается в последовательно демократическом обществе. Свобода общественных и политических объединений создают принципиально новое качество социальной жизни. Демократическое общество социально подвижно, изменчиво, мобильно. Отношение единства в нем динамично. Здесь не только согласие, но и конфликт является обычным состоянием. История демократического развития выявила ряд специальных процедур контроля над конфликтными ситуациями: 
    — взаимный и оперативный обмен достоверной информацией об интересах, намерениях и очередных шагах сторон, участвующих в конфликте; 
    — сознательное взаимное воздержание от применения силы или угрозы применения силы, способные придать неуправляемость конфликтной ситуации; 
    — объявление взаимного моратория на действия, обостряющие конфликт; 
    — подключение арбитров, беспристрастный подход которых к конфликту гарантирован, а рекомендации принимаются за основу компромиссных действий; 
    — использование существующих или принятие новых правовых норм, административных и иных процедур, способствующих сближению позиций сторон, втянувшихся в конфликт; 
    — создание и поддержание атмосферы делового партнерства, а затем и доверительных отношений как предпосылок исчерпания текущего конфликта и предотвращения аналогичных конфликтов в будущем. 

    Напряженное поле конфликтности создает сегодня историко-этническая составляющая культуры. Там, где население в процессе этнонациональной консолидации утратило существовавшие местные особенности, вновь усиливается этническое самосознание, оперирующее культурно-историческими символами. На этой основе после Второй мировой войны возник феномен, названный этнологами «ренессансом этничности». Причем достаточно распространенным стереотипом является утверждение, что гражданский национализм позитивен и не склонен к конфронтации, в то в то время как этнический – агрессивен и носит деструктивный характер. Подобная точка зрения, упрощающая реальность, неоднократно подвергалась критике. На сегодняшний день существует три основных варианта трактовки понятия «этническая идентичность». 

    Согласно версии «примордиализма» этничность и ее проявление – язык – являются обязательными атрибутами общественных отношений. В силу своей консервативности они мало подлежат изменениям, современная же модернизация действует на них разрушающим образом. Сторонники этой теории основополагающие причины противоречий между нациями видят в особенностях этнического сознания и национального характера, которые стремятся сохранить подвергающееся эрозии под воздействием современных технологий устоявшееся ядро национального самосознания. 

    Инструментальная теория объясняет этническую идентичность как следствие экономических, политических и коммуникационных процессов. Отсюда можно наблюдать прямую зависимость между моделями общественного развития и определенной формой этнической идентичности. Согласно третьей, конструктивистской модели, социум сам формирует среду, наиболее соответствующую потребностям ее членов. Таким образом, люди совершенно рационально воспроизводят ту культурную атмосферу, которая им наиболее выгодна. Согласно этой модели, этнический конфликт есть социальный феномен, создаваемый политической стратегией элит для воспроизводства или обретения властного положения. В лоне этой теории родилась новая интерпретационная модель – неоинструментализм. Главной идеей в ней является утверждение о том, что все случаи политической мобилизационной активности этнических групп – результат преднамеренных усилий этнических элит в их постоянной борьбе за контроль над ресурсами общества. 

    Несмотря на различие в трактовке природы этничности, большинство исследователей сходятся во мнении, что основным показателем возникновения этнополитического конфликта являются сплочение этнической группы, бросающей вызов другим. Степень идентичности группы зависит от таких параметров, как владение общим языком, общая конфессиональность, расовые признаки и общая история, по меньшей мере, столетнего периода. 

    В полиэтнических обществах базой межэтнических противоречий может выступать политико-правовой фактор. Кризис государства, нарушение справедливого внутригосударственного порядка заставляет искать новые территориальные, организационные, структурные формы. Так, например, важнейшей причиной этнополитических конфликтов во многих странах, в том числе и России, политологи склонны считать асимметрию федерации, то есть фактическое неравенство прав субъектов федерации. 

    Сравнительный анализ политических конфликтов в различных странах вскрывает более глубокие факторы конфликтности, уходящие своими корнями в национальную культуру. В ряде культур акцент делается на факторе соответствия другим, внимательного отношения к ним. Такой тип личностного взаимоотношения присущ восточным, азиатским, латиноамериканским народам. 

    Новейшая политическая история человечества подтвердила возможность разрешения конфликтных крупномасштабных ситуаций с помощью политических компромиссов, создания систем взаимного контроля за выполнением принятых обязательств. При этом все более очевидным становится утверждение, что перспективы конфликторазрешения должны быть тесно связаны с культурной трансформацией общества, политической элиты, каждого гражданина. Только сила государства, одни лишь политико-правовые механизмы недостаточны для решения серьезных социальных задач, в том числе и конфликтных ситуаций. Для успешного урегулирования политических противоборств необходимы и общественные усилия, и качественные сдвиги в области человеческого духа.

35 Роль этнонационального фактора в мировой политике в последние десятилетия выросла и продолжает расти. Сепаратистские тенденции не обошли стороной ни Европу, ни Азию, ни Африку. Распались федеративные государства СССР, Югославия, Чехословакия. Национальный вопрос остается сложной внутриполитической проблемой в Канаде (Квебек), в США (негритянский, мексиканский, индейский вопросы). 

В мире насчитывается более 5000 этносов, из которых 269 составляют свыше одного миллиона человек, 90% наций и народностей входят в состав многонациональных государств. В России насчитывается более 1000 этносов и народов. И ни один из этносов не довольствуется удовлетворением непосредственных потребностей. Каждый добивается удовлетворения своих интересов, как минимум, — свободы развития, самостоятельности и самоутверждения. 

Этнонациональные отношения не существуют в чистом виде, они являются комплексом политических, социальных, религиозных, экологических и других проблем. Поэтому в тех или иных событиях, неурядицах, а порой и трагедиях выделить национальный фактор сложно. Но события последних лет показали, что этнонациональный фактор имеет известную автономию, относительную самостоятельность. Поэтому в политике выражаются и реализуются многие важные интересы этносов. Рассматривая этнонациональные отношения как объект политики, необходимо выяснить соотношение и структуру таких понятий, как этнос, нация, национальное государство. 

Этнос (греч. ethnos — племя, народ) — устойчивая группа людей, обладающих общностью происхождения (крови), истории, языка и культуры. 

Нация (лат. natio — племя, народ) — устойчивая общность людей, исторически сложившаяся на основе единства происхождения (общности “крови”), культуры, совместного проживания и коммуникаций (экономических, политических и др.). В структуре нации соединены этнические (происхождение, язык, культура) и социальные (совместность экономической жизни, Развитые коммуникации и групповая идентификация) компоненты. 

Формирование наций приводит к образованию государств в различных формах их политической организации и степени самостоятельности. В этом смысле нация и государство — понятия близкие. Этнос, созревающий в нацию, создает и государство. Как правило, это не обособленный этнос, а группа этносов, сложившихся в единую нацию. Любая нация полиэтнична. Поэтому основополагающий принцип государственного устройства абсолютного большинства стран мира таков, что нация понимается как государственный этнос. Нация вне государства существовать не может. 

Национальные отношения — это отношения между субъектами национально-этнического развития (нациями, народностями, национальными меньшинствами и национальными группами) и их государственными образованиями, а также между людьми различных национальностей, складывающиеся в процессе жизнедеятельности и взаимодействия национальных общностей. 

Главный вопрос в национальных отношениях, с одной стороны, это вопрос равноправия или подчинения, вопрос о причинах возникновения недоверия, вражды и конфликтов, это вопрос о неравенстве уровней экономического и культурного развития между нациями. С другой — это вопрос об отношениях между нациями и существующей системой власти в многонациональном обществе, о формах, методах и условиях его решения в интересах мирного сосуществования и добрососедства, прогресса нации на основе равноправия, суверенности и демократизма. 

В 70-90-е гг. в мировой общественно-политической мысли активно разрабатываются этнополитические идеи и концепции, трактующие различные интересы и устремления разнообразных социальных форм этносов — племен, народностей, наций. Это связано с тем, что этнические процессы проявляются повсюду в мире. Они обусловлены утверждением на арене мировой истории уникальных культур народов, считавшихся ранее отсталыми и обретшими свою государственную независимость относительно недавно. Следует также отметить, что всплеск этнического сознания у народов, живущих в “постиндустриальном обществе”, вызван неосознанным сопротивлением нивелирующему воздействию современных технологий и моделей образа жизни, угрожающих сохранению культурной традиции и национальной самобытности. Быстро растут национальное самосознание и национализм. Ученые назвали этот феномен “этническим ренессансом”, “этническим парадоксом современности”. 

Само по себе этническое возрождение не является этнически! конфликтом, однако обладает мощным конфликтогенным потенциалом. Грань, отделяющая этнический патриотизм от национализма, очень размыта и подвижна. Небольшое изменение акцентов позволяет зачастую незаметно преодолеть эту грань, и вызревает благоприятная для конфликта интеллектуальная и духовная среда. 

В российской политологии под этнополитическим конфликтом понимается конфликт, характеризующийся определенным уровнем организованного политического действия, участием общественных движений, наличием массовых беспорядков, сепаратистских выступлений и даже гражданской войны, в которых противостояние происходит по линии этнической общности. 

Свойство этнополитического измерения современного конфликта заключается в том, что конфликт имеет скрытый период накопления и развертывания межэтнических противоречий. У каждого конфликта он имеет разную продолжительность. Именно в этот период и происходит формирование собственно этнополитическогопотенциала конфликта, а также осознание национального статуса его участников, сопоставление ими своего статуса со статусом других национальных общностей и формирование отношения к ним. В этот период решается вопрос о путях борьбы за власть и перераспределение материальных ресурсов. Недовольство собственным национальным статусом актуализирует историческую память, древние стереотипы межнациональной борьбы. 

В научной литературе существуют два подхода к анализу причин, сущности и эволюции этнополитических конфликтов. 

Первый — социологический. Причины конфликтов объясняются на основе анализа этнических параметров основных социальных групп и слоев, а также на исследовании взаимосвязи и взаимовлияния социальной стратификации общества и разделения труда с этническими характеристиками региона, переживающего этнополитическую напряженность. 

Второй — политологический. Центральное внимание уделяется трактовке роли национальных элит в мобилизации чувств в процессе межэтнической напряженности и ее эскалации до уровня открытого конфликта. В качестве ключевого исследуется вопрос о власти, Доступе к ресурсам. Анализируются социально-психологические Механизмы этнополитических конфликтов. 

При рассмотрении причин возникновения этнополитических конфликтов многие ученые отмечают, что основополагающими являются причины общецивилизационного характера, порождаемые объективным развитием человечества. Например, Э. Блэк полагает, что неравномерное протекание модернизации (социальной структуры, экономики, национально-государственного устройства и др.) в этнонациональных ареалах порождает конфликтымежду притязаниями этнических групп, с одной стороны, и реальными возможностями государства гарантировать обеспечение прав своих граждан — с другой. По утверждению А. Дейча, модернизация активизирует этническое сознание, благоприятствует складыванию политических устремлений к национальной автономии. 

Рассматривая проблему детерминации этнополитического конфликта, М. Гектер выдвигаем концепцию “внутреннего колониализма”, в которой обосновывает “триадную модель” возникновения этнополитической напряженности: 

1) конфликтогенную по своей природе объективную обделенность этнических периферийных групп многонационального государства в процессе его неравномерной модернизации; 

2) осознание этой обделенности членами этнической группы как образа коллективных центропериферийных взаимоотношений угнетения; 

3) формирование этнонационализма как реакции угнетаемой общности на “внутренний колониализм” Центра. 

Отдельный пласт причин, порождающих этнополитические конфликты, коренится в истории этносов и их взаимодействии, сформировавшемся национальном складе ума, национальном сознании, психологии, традициях, идеологических мифах и стереотипах, транслирующихся из поколения в поколение и др. 

В условиях разрушенных социальных связей усиливается роль национальности как традиционно значимого канала социальной идентификации. Различные течения этноцентрализма, включая разновидности национализма и крайнего шовинизма, превращаются в особые формы преодоления комплекса неполноценности, присущего маргинальным слоям. Национализм может служить своеобразной приманкой, с помощью которой социальные низы вовлекаются в орбиту влияния политических партий, решающих задачи политической мобилизации населения. 

В числе причин, порождающих этнополитический конфликт, можно назвать “политизацию этнической солидарности” (Ч. Фостер), получившую свое развитие в условиях либерализации политической системы в СССР в перестроечный период. 

Можно назвать также и ситуационные источники этнополитических конфликтов: 

1) внезапное исчезновение сдерживающих факторов внешней среды, что может произойти из-за быстрого ослабления высшей политической власти или неожиданного исчезновения внешней угрозы; 

2) историческое наследие межэтнических отношений; 

3) внутренняя борьба за лидерство в рамках этнической группы; 

4) экономическая ситуация; 

5) уровень политической и общей культуры в очагах этнополитических конфликтов и многое другое. 

Вся совокупность этнополитических конфликтов на территории бывшего СССР может быть сведена к следующим основным типам: 

— территориальные конфликты, часто тесно связанные с воссоединением раздробленных этносов: их источник — внутриполитические, нередко и вооруженные, столкновения между правительством и национально-освободительным движением или сепаратисткой группировкой, пользующейся военно-политической поддержкой соседнего государства (Нагорный Карабах, Южная Осетия, северо-восточные регионы Казахстана, Южный Дагестан и др.); 

— конфликты, порожденные стремлением этнического меньшинства реализовать право на самоопределение в форме создания независимого государственного образования (Абхазия, Приднестровье); 

— конфликты, связанные с восстановлением территориальных прав депортированных народов (между осетинами и ингушами из-за Пригородного района, крымскими татарами и другими народами Крыма); 

— конфликты, в основе которых лежат притязания того или иного государства на часть территории соседнего государства(стремление Эстонии и Латвии присоединить к себе ряд районов Псковской области, которые были включены в состав этих двух государств при провозглашении независимости, а в 40-е гг.

36. Политика, мораль и политическое поведение

Мораль — особая, специфическая сфера общественной жизни, основанная на оценке любых поступков и действий с точки зрения идеалов добра и зла, справедливости и несправедливости. Она предполагает оценку общественных явлений не с индивидуальной, а с коллективной, и, в первую очередь, с общечеловеческой точки зрения. Соблюдения ее норм и требований- основа нравственного поведения людей.

Соблюдение моральных норм в поведении людей и в целом общества — необходимое условие существования человеческой цивилизации, ибо аморализм приводит не только к разрушению личности, но и к деградации всего общества. Главным регулятором выполнения людьми моральных норм является совесть. Не случайно говорят, что если человек нарушает нормы человеческого общежития, то у него нет совести. Совесть — это эмоциональное переживание ответственности человека перед самим собой, другими людьми, обществом, всем человечеством, Богом. Она — внутренний судья человека, обеспечивающий самоконтроль личности во всех ситуациях и особенно там, где политический и общественный контроль затруднен или невозможен. Только совесть, соединенная с долгом, выступает наиболее надежным гарантом гуманизма политики.

Совесть превращает индивид из стадного животного или робота в Человека. Если у него (человека) разрушена нравственная регуляция, если он лишен угрызений совести, то в конце концов мы имеем опасное для общества и других людей существо. Не случайно Гитлер, проводя человеконенавистническую политику национал-социализма, убеждал своих солдат в том, что он освобождает их от болезни, называемой совестью.

Какова же взаимосвязь и взаимозависимость политики и морали в обществе?

На заре цивилизации небольшие, человеческие коллективы (род, племя ) могли обойтись без политики, регулируя взаимодействие людей и обеспечивая общественный порядок с помощью обычаев, традиций, семейных отношений.       Однако развитие производства, углубление разделения труда, обострение социальных конфликтов, усложнение общества привело к возникновению потребностей получать блага за счет других людей и природы. Это искушение богатством и потребительством, создает опасность вырождения рода человеческого и отдельных людей. Об этом предупреждал в свое время Аристотель. «Без добродетели, — писал он, — человек становится самым нечестивым и самым диким существом, а в отношении к половому наслаждению и к пище — он хуже тогда всякого животного».

Другими словами, только с помощью морали общество уже не могло регулировать свои отношения. Все это привело к возникновению политики, которая стала регулировать поведение людей с помощью специального аппарата принуждения. Так, например, характерную для морали функцию угрызений совести, здесь выполняет суд, который наказывает за нарушение установленных норм.

Таким образом, политика и мораль преследуют одну цель — сохранять стабильность в обществе, регулировать его жизнь в целом и каждого гражданина в отдельности. В то же время имеются существенные различия между политикой и моралью. Важнейшим из них является конфликтность политики. Она вытекает из того, что источником политики являются экономические интересы людей, а источником морали выступают общечеловеческие ценности, следование которым не сулит индивиду личной выгоды. Поэтому, возникает соперничество моральных и политических мотивов поведения. К  сожалению, чаще всего, в этом соперничестве побеждают политические мотивы поведения, а не нравственные.

Многие категории морали носят характер идеалов, с которыми следует сообразовывать свои действия, но которых в реальной жизни едва ли кому-нибудь удается достичь. Вряд ли можно найти человека, который за всю свою жизнь ни разу не лукавил, говорил лишь одну правду или же в соответствии с христианскими нравственными заповедями возлюбил каждого своего ближнего как самого себя. «Кто из вас без греха, первый брось в нее камень'» — обратился Христос к толпе, пытавшейся строго судить блудницу, и никто из людей не поднял руку, посчитав себя безгрешным.

Мораль всегда индивидуальна, ее субъект и ответчик — отдельный человек, делающий свой нравственный выбор. Политика же носит групповой, коллективный характер. В ней человек выступает как представитель класса, нации, партии. Его личная ответственность как бы растворяется в коллективных решениях и действиях.

Важнейшей отличительной особенностью политики является также опора на силу, использование принудительных санкций за невыполнение требований. Политика, писал М.Вебер,- «оперирует при помощи весьма специфического средства — власти, за которой стоит насилие». Мораль же в принципе осуждает насилие и опирается, главным образом, на «санкции» совести, ну а собственная совесть может простить человеку даже преступление.

В то же время политика карает не только противников и нарушителей, но нередко и невинных, вызывая у людей страх и недовольство политическим режимом. В этом смысле неправильные политические решения вызывают недовольство людей и способствуют снижению легитимности власти со всеми вытекающими для политических лидеров последствиями.

В связи с этим можно задать вопрос — возможна ли нравственная политика? Чтобы ответить на него мы должны проанализировать взаимоотношения морали и политики. Самым лучшим вариантом для человека и всего общества является моральный абсолютизм. В данном случае политика должна не только иметь высоконравственные цели (общее благо, справедливость и т.п.), но и при любых обстоятельствах не нарушать нравственные принципы (правдивость, благожелательность к людям, честность и т.п.), используя при этом лишь нравственно допустимые средства.

Такой подход к политике является абсолютно приемлемым с точки зрения интересов людей, но, в тоже время, попытки полностью подчинить политику нравственности обрекают ее на неэффективность и тем самым компрометируют и мораль и политику. Совершенно очевидно, что ни одна политическая революция не смогла бы осуществиться, если бы политика следовала только моральным нормам, ибо они сопровождались и войнами, и кровью.

Можно допустить, что взаимоотношения политики и морали происходят на принципе автономии, т.е. политика и мораль не должны вмешиваться в компетенции друг друга. Мораль — это дело гражданского общества, личной ответственности, политика – область противоборства групповых интересов, свободная от нравственности.

Родоначальником таких взглядов является Макиавелли, который считал, что ради спасения государства  и порядка государь в праве использовать любые, в том числе и безнравственные средства. В частной же жизни он обязан руководствоваться общепринятыми нормами морали. Поэтому было бы неверно считать его апологетом полного отрыва политики от морали. Такой отрыв в большей степени характерен для идеологов социалистической революции. «Морали в политике нет, а есть только целесообразность» — говорил В.И.Ленин.  Игнорирование политикой нравственных ценностей  делает ее аморальной.

Можно выделить целый ряд причин, объясняющих аморальность политики:

1. Власть дает возможность распоряжаться материальными и духовными благами, судьбами людей. Это влечет к государственной «кормушке» людей жаждущих личной славы и обогащения. Обладающий властью часто испытывает соблазн использовать ее в корыстных целях, а зависящий от нее чувствует почтение к сильным мира сего, стремление угодить, польстить начальству. Развращающее воздействие власти нарастает по мере ее концентрации и усиления бесконтрольности. В силу этих особенностей власти, общество нуждается в эффективной системе отбора компетентной и нравственной политической элиты, в обеспечении действенного контроля за власть имущими.
2. В политике реальные, прагматические интересы всегда стоят на первом плане, оправдывая хитрость, ложь, убийства и другие безнравственные поступки, приводящие к огромным бедам, лишениям и жертвам.
3. Обобщенность, безличность, представительность и опосредованность осуществления политических решений, облегчающих отступление от морали. Политические решения обычно принимаются от имени партии, народа, нации и не касаются конкретных личностей. Те, кто принимает решения, как правило их непосредственно не исполняют и часто не видят и не чувствуют негативных последствий своей политики. Принять общее решение о ликвидации целого эксплуататорского класса в моральном отношении значительно легче, чем самому уничтожить хотя бы одного его представителя.
4. В.Ленин оправдывал красный террор необходимостью уничтожения эксплуататоров ради счастливого будущего обездоленных. «Наша нравственность выводится из интересов классовой борьбы пролетариата» — говорил он. Подчинение морали политике, а следовательно разрушение всякой морали присущи и демократическим странам. Например, война США во Вьетнаме и Ираке и т.п
5. Аморальные действия в высших эшелонах власти имеют свойство умножаться, нарастать подобно  снежному кому. Реально это проявляется в том, что аморальный высший руководитель обычно стремится освобождаться от честных работников, или сделать их своими сообщниками, окружает себя угодными людьми, которые, в свою очередь, также плодят себе подобное окружение. Такие злоупотребления политических руководителей  особенно велики в жестко централизованных политических структурах, таких как фашизм, сталинизм и др.
6. Ориентация политики на эффективность, достижение цели. Политические руководители, организации, движения, стремясь как можно скорее достичь поставленных целей, применяют различные способы, методы, средства не сообразуясь с моралью. Другими словами, средства и способы получения результатов мало интересуют политиков, лишь бы был результат. Хотя, в конечном счете, это приводит к обнищанию народа, непопулярности политических руководителей и недовольству их действиями.
7. Конфликтность политики. Она функционирует как отношение друзей (союзников) — врагов (соперников), что повышает эмоциональную враждебность, или по меньшей мере, напряженность между субъектами политики. Врагам же или соперникам, как известно, очень редко удается делать добро, а это — важное требование нравственности.
8. Публичность политики. Граждане предъявляют к политикам высокие требования и оценивают их прежде всего в двух главных качествах: деловых (компетентность, энергичность, умение руководить людьми) и человеческих, нравственных (порядочность, справедливость, забота о людях, готовность защищать их интересы, личная жизнь и т.п.) При этом судят политиков более строго, чем рядовых граждан.

Таким образом, реальная политика очень часто бывает далека от нравственности и считается многими «грязным делом». Однако полностью оторваться от морали политика не может, ибо это рано или поздно ведет к компрометации самой политики и деградации всего общества.

Из всего сказанного может сложится впечатление что сущность самой политики, ее объективные характеристики должны всегда приводить к печальным результатам для граждан. На самом же деле мы имеем ряд благополучных государств, где люди живут по законам и уважают свое политическое руководство, которое делает все возможное для обеспечения процветания общества. Это возможно только в том случае, если к соотношению политики и морали будет компромиссный подход.

Одним из обоснователей такого подхода является немецкий философ, социолог Макс Вебер. Он писал, что этика должна учитывать особенности политики. Для того, чтобы очертить границу влияния нравственности на политику, Вебер разделяет мораль на этику убеждений и этику ответственности.

Этика убеждений означает неотступное следование нравственным принципам, независимо от того, к каким результатам это приведет, не считаясь с затратами и жертвами. Этика ответственности, напротив, предполагает учет конкретной обстановки, ориентацию политики в первую очередь на ее последствия, внутреннюю ответственность политиков за те результаты своих действий, которые можно предвидеть, готовность предотвратить большее зло, в том числе и с помощью зла меньшего. Соотношение этики ответственности и этики убеждений в реальных действиях должен определять сам политик.

Практика политической жизни общества показывает, что отсутствие эффективной системы ответственности порождает безответственность. Задача  состоит в том, чтобы найти такой механизм, который позволил бы гражданам строго спрашивать со своих политических руководителей за их неудачи, Этот механизм может быть разработан и будет эффективно действовать только при активном участии всех граждан в политической жизни, а это будет возможно при повышении общей и политической культуры общества.

Под политическим поведением понимается любое действие или группа действий по поводу власти и с использованием власти. В отличие от нравственного или религиозного, политическое поведение в целом отличается большей организованностью, коллективностью, как деятельности, так и бездеятельности, развитием организаций. Обязательный элемент механизма политического поведения — групповые влияния, формирование коллективных интересов, их актуализация. Если власть можно назвать первым вопросом политики, то выбор поведения — это второй вопрос политики.

В политике понимают три формы поведения: отклоняющееся, функциональное и непредсказуемое. Отклоняющееся поведение — это межгрупповая напряженность, нарушение сотрудничества, возможность агрессивного поведения, большие экономические потери. Все это может привести к террористическим актам, организации неповиновения, беспорядков, вооруженному мятежу, восстанию, войнам. Это поведение ослабляет или разрушает сложившийся порядок. В то же время он может способствовать и созданию новой политической системы. Отклоняющееся поведение в демократическом обществе не подавляется системой, если оно не противоречит принципам Конституции.

Функциональное поведение — это политическое поведение, направленное на сохранение существующего политического строя. Оно формируется в соответствии с поставленными политическими целями и опирается на всю мощь государственного аппарата и власти.

Непредсказуемое поведение — это политическое поведение, которое возникает в результате быстрых, массовых политических изменений, повышающих роль случайности, когда в условиях анархии и безвластия усиливается роль лидеров. Их быстрые, не всегда удачные решения могут быть основаны не на оценке обстановки, а на волевых решениях. Примером может быть быстрое, непредсказуемое решение о ликвидации СССР в результате Беловежских соглашений.

Каковы же типы политического поведения и как они влияют на политическую жизнь общества?

Борьба. Поведение типа борьбы основывается на осознании непримиримости позиций и на этой основе политический противник признается врагом. К переговорам противники прибегают только в том случае, если упор на силу становится совершенно бесперспективным или крайне невыгодным. Политика типа борьбы оправдывает тиранию, деспотию, авторитаризм, бунт, революцию, массовые волнения и забастовки, конфронтацию, войну.

Открытым типом сопротивления власти является бунт. Бунт — это бурная, идущая от низов, стихийно возникшая попытка разрешения конфликта между управляемыми и управляющими. Бунт направлен не столько против власти, сколько против отдельных ее представителей, выливается в беспорядки, захваты чего-либо или кого-либо, убийства, избиения, поджоги; сопровождается уничтожением интеллектуального достояния и гибелью людей.

Вооруженным и организованным выступлением против существующей власти является мятеж. Организаторы мятежа — группа единомышленников, имеющих опыт противоправных актов с использованием насилия. Сам по себе мятеж не может иметь успеха, ибо не представляет для власти какой-то грозной силы ввиду малочисленности его участников и, как правило, плохой организации. Мятеж, соединенный с бунтом или бунтами, является массовым выступлением против существующего политического строя и может перейти в революцию.

Революция — это насильственное ниспровержение старой власти и установление новой. Все великие революции переходили в гражданские войны и заканчивались установлением монархий /Англия, Франция/ или авторитарных режимов /Россия, Китай/. Вместе с тем, революции несут не только разруху и жертвы. Как утверждал К.Маркс, они являются «локомотивами истории». Буржуазные революции стали стимулом развития капитализма в Европе. Угроза революционных преобразований заставляет государственную власть искать пути выхода из кризиса и действовать в интересах народа. Если таких путей она не найдет, то должна уступить свое место другим политическим руководителям, которые могут разработать более эффективную политику.

В настоящее время приобрел большое значение такой тип политического поведения как игра. Выражение «политические игры» вошло в обиход и получило  широкое распространение и признание. Игра преследует цель — принять оптимальное решение, застраховаться от ошибок. Она  распространена среди непосредственных участников политических событий от лидера до избирателя.

В ходе игры ставится конкретная цель: получить место в парламенте, должность мэра, президента, министра, добиться какого-то правительственного решения, принятия закона и т.п. Участники игры рассчитывают свои ходы, анализируют потери и приобретения. Типичным примером игры  в избирательной кампании является блокирование партий.

Игра предполагает, что одна из сторон что-то теряет, или не достигает цели, но исключает борьбу на подавление, уничтожение, изгнание. Она, как правило, отличается жесткими правилами, но они сторонами выполняются. Во всех случаях игра не направлена на дестабилизацию в обществе, на разрушение политической системы.

Игра в силу конкретности предмета конфликта кратковременна. Победа в игре может быть обеспечена удачным ходом. Удачный ход сделал опальный вице-премьер правительства России Чубайс, возглавив президентскую команду на выборах, и, после победы Ельцина, получил высокую  должность главы администрации президента, а затем — первого вице-премьера кабинета министров.     

Политические игры получили  большое распространение в демократических государствах и играют большую роль в деле повышения эффективности деятельности политического руководства. Таким образом, власть и тип поведения можно разграничить только в теории для удобства анализа. В реальной политике они нерасторжимы и взаимообусловлены. Можно сказать — какова власть, таковы и типы поведения. В свою очередь, по типу поведения определяются содержание и эволюция власти.

37.

Политика и религия неизменно связаны между собой многими нитями, хотя в принципе призваны разными средствами способствовать личному и общественному благу людей. Имеющийся в России солидный негативный исторический опыт смешения этих средств свидетельствует, что это обычно приводит к превращению церкви в придаток государства или внегосударственных политических организаций.

В то же время бывали случаи, когда и государство шло на поводу у интересов церкви (например, участие российского правительства в гонениях на старообрядцев). От подобного использования государства для решения собственно религиозных вопросов страдают общенациональные интересы.

И так было не только в XVII в. при патриархе Никоне, когда возникли раскол и религиозная война, в хо-де которой заживо сжигали своих же православных соотечественников, отправляли их в кандалах в Сибирь, лишали гражданских прав. Унижения и гонения имели место и в Синодальный период, и при совет-ской власти.

Много страданий принесли России также продолжительные периоды цезарепапизма, то есть узурпации государством прав религиозных организаций. Преодолеть подобную практику «симфонии» может лишь соблюдение конституционных норм и гражданских прав, последовательное отделение государственных вопросов от религиозных, осуществление принципов светскости государства и духовной миссии религиозных организаций. В конечном счете от этого выигрывают и государство, и религиозные организации, и все общество в целом.

38.

Дальнейшее обострение глобальных проблем находится в центре внимания как ученых, так и политиков, деятелей культуры, представителей широких кругов мировой общественности. Предпринимаются попытки философского осмысления современного состояния нашей цивилизации. Российский ученый Н. Скатов подчеркивает: “Сейчас и, видимо, впервые все человечество уподобилось одному человеку в том смысле, что осознало и уже совсем не отвлеченно — свою, человечества, смертность”. 

Наряду с подобного рода обобщающим подходом существует и постоянное стремление при осмыслении глобальной проблематики оперативно выделять наиболее болевые для текущего момента, наиболее опасные тенденции во всемирном развитии. Например, известный американский ученый и писатель-фантаст А. Азимов отмечает: “Мы живем во времена, когда перенаселенность, загрязнение и ухудшение окружающей среды, парниковый эффект, утончение озонового слоя, гибель лесов и живой природы, опасности, исходящие от накопления ядерных вооружений, угрожают нам разрушением цивилизации и резким ослаблением самой жизнеспособности Земли”. 

Таким образом, мы видим, что от глобальных проблем исходят серьезные угрозы дальнейшему существованию человечества, затрагивающие самые разные стороны его жизнедеятельности. В связи с этим возникает вопрос: каким образом можно систематизировать накопленные знания о довольно многочисленных и разнообразных глобальных проблемах и об их жизненной важности всего рода человеческого? 

Ученые-глобалисты выделяют среди общечеловеческих проблем три основные группы глобальных проблем (схема 32). Первая группа включаетпроблемы, связанные со сферой международных отношений, и отражает присущие ей противоречия и объективно необходимые преобразования. Врешении фундаментальных всемирных задач этого типа особую важность имеют политические предпосылки. 

Вторая группа включает в себя глобальные проблемы, сферу возникновения и проявления которых составляют взаимоотношения личности и общества. Эти проблемы непосредственно касаются перспектив человека и его будущего. 

К третьей группе относят глобальные проблемы в области взаимодействия человека и природы. Это проблемы несбалансированности потребностей жизнедеятельности людей и возможностей окружающей среды. Для разрешения данных вопросов всемирного масштаба наряду с политическимивесьма важное значение приобретают и научно-технические предпосылки. 

При изучении указанных выше групп проблем целесообразно для каждой из них более детально рассмотреть наиболее важные и типичные глобальные проблемы, акцентируя внимание на их политических аспектах. 

К первой группе относится проблема сохранения — ключевая проблема современности. Обращаясь к ее анализу, необходимо подчеркнуть, что до начала нынешнего XX столетия в истории человечества войны имели локальный или региональный характер. С началом глобальной интернационализации всей жизнедеятельности человеческого сообщества, с возникновением мирового хозяйства, с появлением в этих условиях определенных сил, стремящихся к переделу мира или установлению мирового господства, войны приобрели всемирный, глобальный характер. За последние 5,5 тысяч лет человеческое сообщество знало более 14 тысяч войн. На этот же период времени пришлось лишь 292 года, свободных от вооруженных столкновений. 

Можно сказать, что объективная закономерность интернационализации общественной жизни человечества проявлялась зачастую и в виде обостренияполитических, межгосударственных, национальных, религиозных и других противоречий, которые порождали военные конфликты. Эти конфликты приводили и продолжает приводить к чудовищному истреблению человеческих жизней и созданных гением людей материальных ценностей. В XVII в. в ходе войн только на территории Европы погибло 3,3 млн. чел., в XVIII в. 5,64 млн. чел., в 1801 1914 гг. -5,7 млн. чел., две мировые войны XX столетия унесли свыше 65 млн. человеческих жизней. Однако с окончанием Второй мировой войны на Земле не установился всеобщий мир. И в послевоенный период, который назвать таковым можно лишь условно, имели место многочисленные ограниченные (локальные) войны и конфликты с применением обычных вооружений. Таких войн и конфликтов по различным оценкам насчитывается уже свыше 200. Точно определить количество унесенных ими человеческих жизней, по мнению специалистов, невозможно. В исследованиях по данному вопросу приводится примерная цифра более 20 миллионов погибших. Кроме того, нанесен большой материальный и духовный ущерб населению многих стран, существенно ухудшены условия жизни многих миллионов людей. 

Огромную угрозу представляют для человечества накопленные к настоящему времени арсеналы ядерного оружия. Их разрушительная мощь такова, что этим оружием можно многократно уничтожить на Земле все живое. 

Достижение безъядерного, ненасильственного мира — чрезвычайно важная и трудная задача. Найти ее решение возможно только общими усилиями всех государств и народов, всех людей планеты. Такой подход требует выработки принципиально новой психологии и ценностных установок, понимания каждым человеком своей ответственности за судьбы жизни на Земле. 

В рассматриваемую группу общечеловеческих проблем входит и проблема преодоления экономической отсталости многих развивающихся стран. В этих странах существует ряд острейших социально-экономических проблем, к которым следует отнести неудовлетворительное состояние охраны здоровья, голод, отсталость в области образования, огромную безработицу, массовую нищету, крайний недостаток жилищ с элементарными удобствами и т.д. 

Вторая группа глобальных проблем, как мы уже отмечали, проблемы типа “общество личность”, затрагивающие в первую очередь самого человека как биосоциального существа. Эти проблемы требуют для своего решения такой многоплановой работы всего человечества, как борьба с голодом и недоеданием, негативными последствиями научно-технического прогресса, решение насущных вопросов здравоохранения, образования, защита от “загрязнений” духовной среды человечества. 

Среди указанных фундаментальных вопросов нашего времени наибольшее внимание международных научных и общественных кругов привлекаетпроблема “демографического взрыва” или ускоренного роста народонаселения планеты. Если в 1800 г. на Земле проживало 952 млн. чел., в 1900 г. — 1656 млн. чел., то в 1987 г. -уже 5 млрд. чел. По прогнозам демографов к 2000 г. число землян достигнет 6,12 млрд. чел., а к 2100 г. — 10,5 млрд. чел. 

Демографическая ситуация на планете в наши дни усугубляется еще и тем, что основной прирост населения Земли происходит в развивающихся странах, население которых в начале XXI в. будет составлять 4/5 всего населения планеты. Но эти страны из-за своей экономической отсталости не способны обеспечить для своего резко увеличивающегося населения нормальные условия жизни. 

Для успешного решения глобальных проблем данной группы первостепенное значение имеет социальная и демографическая политика, проводимая как отдельными государствами, так и в масштабах мирового сообщества. 

Третья группа глобальных проблем — проблемы типа “общество — • природа”. Здесь следует обратить внимание на такие планетарные проблемы, как экологическая, климатическая, сырьевая, энергетическая, продовольственная и другие. Наиболее жизненно важной как среди вопросов данного типа, так и среди всех глобальных проблем является экологическая проблема. Многие ученые и специалисты полагают, что в наше время экологическая опасность представляет наибольшую угрозу для существования человечества. 

Это объясняется тем, что долгое время в хозяйственной деятельности человека преобладала тенденция как можно больше взять от природы. Считалось, что она обладает большими возможностями самоочищения. Но по мере роста промышленного производства, увеличения его отходов, нарушения целостности и взаимосвязей природной среды возникла реальная опасность для ее естественного состояния. Это связано с загрязнениями воздушного и водного бассейнов, истощением природных ресурсов, вымиранием многих видов растений и животных, обеднением биологических ресурсов в целом, сокращением невозобновляемого энергетического потенциала (угля, нефти, газа) и т.д. При этом осложнения в одних экологических процессах вызывают затруднения в протекании других. 

Известный французский ученый Ж..И. Кусто в данной связи заметил следующее: “Прежде природа угрожала человеку, а теперь человек угрожает природе”. 

По некоторым подсчетам интенсивность и масштабы влияния на биосферу планеты в середине 90-х гг. (население Земли 5,5 млрд. чел.) выше, чем у взятого для сравнения примитивного общества каменного века с численностью, превышающей 50 млрд. чел. 

В новое время развитие промышленности во всемирном масштабе привело к тому, что ущерб, наносимый человеком окружающей среде, стал приобретать уже не локальный, а глобальный характер. В это же время колоссально возросли средства воздействия людей на природу, а масштабы их хозяйственной деятельности на планете стали невиданно огромными. Впервые в истории деятельность человечества стала сопоставимой с геологическими и другими планетарными процессами. Выдающийся советский ученый и мыслитель, основоположник учения о биосфере В.И. Вернадский сделал заключение о том, что в XX в. “впервые человек становится крупнейшей геологической силой”. 

Современные люди вольно или невольно вынуждены в процессе своей многогранной деятельности изменять содержание различных веществ в окружающей их среде. Но такие изменения отнюдь не всегда оказываются безболезненными для природы. 

Влияние человека на природу существенным образом изменяет и внешний облик планеты. В частности, следствием такого влияния стало появление к последней четверти XX в. свыше 9 млн. км2 пустынь. Кроме того, 30 млн. км2 (почти 1/5 всей площади суши) находится под угрозой опустынивания. Эта опасность угрожает свыше 100 государствам мира. 

За последние 500 лет человечество уничтожило 2/3 всех лесов на планете. Однако этот процесс продолжается и в наше время. Например, к середине 80-х гг. загрязнения уничтожили свыше 7 млн. га леса в 15 странах Западной и Восточной Европы. 

В последнее время особую тревогу у многих ученых вызывает перспектива глобального потепления климата Земли, связываемого с так называемым парниковым эффектом. 

Изменение климата — это в полном смысле слова трагедия для всего человеческого сообщества. Действительно, по утверждению одного видного климатолога, неконтролируемый парниковый эффект мог бы уничтожить цивилизацию в течение 500 лет. 

Следует все же отметить, что конкретные прогнозы воздействия указанного атмосферного явления на жизнедеятельность всего человечества сильно различаются между собой. Это в определенной степени обусловливается тем, что велик разнобой в оценках параметров протекания в будущем самого парникового эффекта, в частности, в ответах на следующие вопросы. Насколько быстро будет происходить накопление газов, вызывающих данный эффект? Как оно скажется на потеплении глобального климата? 

39  Предпосылки и пути демократизации

.

• 2. Предпосылки и пути демократизации

Хотя идея демократии получила в современном мире широ­чайшее распространение и признание, в условиях этой формы правления живет все еще меньшинство населения земли. Во многих странах демократия служит лишь респектабельным фасадом преимущественно авторитарной власти. Часто демократические формы правления оказываются нежизнеспособными и терпят крах. Какие же факторы делают возможным переход к демократии и от чего зависит ее стабильность? Ответить на эти вопро­сы пытались многочисленные научные исследования, осущест­вленные на Западе после второй мировой войны. Их авторы на основе сравнительного анализа обширного статистического ма­териала выявили целый ряд экономических, социальных, куль­турных, религиозных и внешнеполитических предпосылок демо­кратии. Одной из важнейших экономических предпосылок демократии является относительно высокий уровень инду­стриального и экономического развития в целом. По экономичес­ким показателям демократические страны значительно опережа­ют авторитарные и тоталитарные государства. Однако прямой при­чинной зависимости между уровнем экономического развития и демократией нет. Это доказывает целый ряд исторических фак­тов. Так, США перешли к демократии еще в XIX в. на преимуще­ственно доиндустриальной стадии, В то же время, несмотря на относительно высокое промышленное развитие СССР, ГДР, Че­хословакии, Южной Кореи, Бразилии и т.д., там вплоть до не­давнего времени существовали тоталитарные или авторитарные режимы.

От индустриального развития зависит такая предпосылка демо­кратии, как высокая степень урбанизации. Жители крупных горо­дов больше подготовлены к демократии, чем сельское население, отличающееся консерватизмом, приверженностью традиционным формам правления.

Еще одно важное условие демократии — развитость массовых коммуникаций, которая характеризуется распространенностью газет, радио и телевидения. СМИ помогают гражданам компе­тентно судить о политике: принимаемых решениях, партиях, пре­тендентах на выборные должности и т.д. В странах с большой территорией и высокой численностью населения без массовых коммуникаций демократия практически невозможна.

Одной из важнейших предпосылок демократии выступает рыночная, конкурентная экономика. История не знает примеров существования демократии в государствах без рынка и частной собственности. Рыночная экономика препятствует концентрации экономической и политической власти в руках одной из групп общества или партийно-государственного аппарата. Она обеспе­чивает автономию индивида, предохраняет его от тоталитарного государственного контроля, стимулирует развитие у него таких необходимых для демократии качеств, как стремление к свободе, ответственность, предприимчивость. Без рынка не может быть гражданского общества, на котором базируется современная де­мократия. Нуждаясь в конкурентных рыночных отношениях, де­мократия вполне совместима и со значительным развитием сис­темы государственных предприятий и социального обеспечения.

Рыночная экономика лучше, чем ко­мандная хозяйственная система, обес­печивает создание такой важной пред­посылки демократии, как относительно высокий уровень благосо­стояния граждан. Он позволяет смягчать социальные конфликты, легче достигать необходимого для демократии согласия.

Общественное богатство оказывает благоприятное воздейст­вие на демократизацию общества в том случае, если способствует сглаживанию социального неравенства. Это — следующая предпо­сылка демократии. Доказано, что поляризация социального не­равенства порождает острые политические конфликты, разреше­ние которых часто невозможно с помощью демократических ин­ститутов и методов. Поэтому поляризация общества на богатых и бедных — серьезное препятствие для демократии, хотя эта форма правления невозможна и при уравнительном распределении благ.

Для демократии наиболее благоприятна модель декомпозиции социального неравенства, преобладающая в современных инду­стриально развитых странах. Эта модель не допускает концент­рации различных дефицитных благ (дохода, богатства, престижа, власти, образования и т.д.) у одной социальной группы (класса), а требует их рассредоточения в обществе так, чтобы индивид, имеющий низкий показатель в одном отношении (например в доступе к власти), мог компенсировать себе это за счет облада­ния другими благами (например высоким доходом и образовани­ем). Такая структура социального неравенства препятствует ста­тусной поляризации общества и возникновению острых массо­вых конфликтов.

Декомпозиция социального неравенства в значительной мере совпадает с такой общей предпосылкой демократии, как соци­альный плюрализм. Он означает многообразие социального со­става населения, наличие в нем не относительно однородной, аморфной массы, а четко оформившихся классов, профессиональ­ных, региональных, религиозных, культурных, этнических и дру­гих групп, обладающих коллективным самосознанием. Такие груп­пы сдерживают тенденцию к концентрации государственной влас­ти, выступают противовесом силам, стремящимся к ее монопо­лизации, создают возможность установления эффективного контроля над властью. Социальный плюрализм характеризует разви­тость гражданского общества, его способность к формированию независимых от государства партий и групп интересов, т.е. к по­литическому плюрализму.

Социальный плюрализм не противоречит такой важнейшей предпосылке демократии, как наличие многочисленного и влия­тельного среднего класса, поскольку сам этот класс внутренне дифференцирован и состоит из различных групп, близких по важ­нейшим стратификационным показателям: доходу, образованию и т.д. Средний класс отличается высоким уровнем образования, развития самосознания личности, чувства собственного достоин­ства, компетентностью политических суждений и активностью. Он больше, чем низшие и высшие слои, заинтересован в демо­кратии. В современных западных демократиях средний класс со­ставляет большинство населения. Не случайно их нередко назы­вают обществами «двух третей», что отражает благополучное су­ществование в них примерно двух третьих всех граждан.

40. 16.1. Основные теории политической модернизации

Одной из центральных проблем современной политологии является исследование переходов от авторитарных и тоталитарных режимов к демократическим. Современные переходы, с подачи американского политолога С. Хантингтона, получили название «третьей волны демократизации». Сравнение с волной подчеркивает нелинейность процессов демократизации, возможность «откатных» движений. Хантингтон определил и хронологические рамки двух предшествующих волн: медленная волна, тянувшаяся с 1828 по 1926 г., и волна 1943-1964 гг. Обе волны сопровождались отказом от демократии в ряде стран и установлением тоталитарных и авторитарных режимов. С 1974 г., по мнению ученого, начинает отсчет «третья волна глобальной экспансии демократии»¹. Она начинается с падения диктатуры и восстановления демократических свобод в Португалии (Видео (2 мб.)). В этом же году рухнула диктатура «черных полковников» в Греции, а в 1975 г. со смертью диктатора Ф. Франко заканчивается 39-летний период диктатуры в Испании и начинается история демократических реформ, проводимых «сверху» по инициативе короля Хуана Карлоса.
     Демократические процессы практически охватывают все регионы современного мира. Процессы крушения тоталитарных режимов в СССР и других странах Восточной Европы рассматриваются в рамках теории «третьей волны».
     На сегодняшний день в политологической науке нет единой теории, объясняющей закономерности становления и развития демократии. И это не удивительно. Под единую схему невозможно подвести все многообразие демократических преобразований, развернувшихся во второй половине ХХ в., а тем более всю историю развития демократии, уходящую в предшествующие эпохи. Современные страны, вставшие на путь демократического развития, обладая разным потенциалом и готовностью к изменениям, демонстрируют разные модели перехода.
     Интерес к проблемам перехода к демократии возникает после окончания второй мировой войны. Он был продиктован определением перспективы послевоенного развития мира. Критерии развития трактовались в рамках теории модернизации, т.е. осовременивания общества на началах европейского либерализма, рационализма и рыночной экономики. Первые однолинейные теории модернизации увязывали достижение демократии с экономическим ростом и развитием рыночной экономики (Аним. 1). Поскольку в качестве эталона для подражания выступали западные страны, модернизация рассматривалась как «вестернизации». Перспективы развития демократии связывались с утверждением в других странах и на других континентах западноевропейских и американских ценностей, моделей политических институтов и отношений. Ученые полагали, что на основе экономической помощи развитых стран и инвестиций в экономику, развития рынка можно будет обеспечить экономический рост, а следовательно, повысить уровень жизни и грамотность населения и тем самым создать социальную базу демократии — средний класс, активно участвующий в политических процессах. Отличительными чертами этого подхода были оптимизм в оценке перспектив демократии и уверенность, что эти изменения могут быть осуществлены в принципе в любой стране, независимо от степени их готовности к этим переменам. Американский политолог С. Липсет предельно четко сформулировал идею взаимосвязи экономического роста с демократией: «Чем больше нация преуспевает экономически, тем больше шансов для того, чтобы нация стала демократической».
     В конце 70-х гг. позиции однолинейной теории модернизации были серьезно поколеблены. Ряд стран, демонстрирующий экономический рост на базе развития рыночных отношений и новых технологий, выбрал не демократию, а авторитаризм. Типичной стала фрагментарная модернизация, проявляющаяся в рассогласовании развития экономической и политической сфер. Это связано с тем, что модернизация порождает целый комплекс социальных и политических проблем. Надежды на внешнюю финансовую помощь не всегда бывают оправданными. Ресурсы для модернизации ищутся внутри общества, что предполагает появление «проигравших» групп населения, не сумевших адаптироваться к новым отношениям Резкое имущественное расслоение, крах ожиданий приводят к росту политической активности масс, митинговой стихии, что способствует взрыву общественной нестабильности. По мысли С. Хантингтона, выбирая стабильность, политические элиты делают ставку на авторитаризм.
     Наконец, в первых теориях модернизации игнорировался культурный фактор. Но именно он часто выступает самостоятельным фактором развития, сводя на нет все попытки реформ либо придавая им другие очертания. Примером краха модернизации-вестернизации является неудача «белой революции» в Иране (1963-1979 гг.) — попытка проведения реформ шахом Мохаммедом Реза Пехлеви. Религиозная традиция оказалась сильнее светской инновации и привела в 1979 г. к исламской революции и установлению теократического режима во главе с религиозным лидером Хомейни. События в Иране — свидетельство неудачной попытки быстрой модернизации и механического копирования западного опыта, а в результате — сопротивление со стороны традиционного фактора. Не всякое общество в состоянии быстро дорасти до того, что в западных странах создавалось в ходе длительной эволюции.
     Позже в теорию модернизации были внесены определенные коррективы.

• В частности, было признано, что:
  • на развитие стран существенное влияние оказывает культурный фактор, фон исторических традиций, что приводит к неодинаковому восприятию ценностей модернизации;
  • страны отличаются разным объемом ресурсов, необходимых для модернизации, что делает возможным многовариантность переходов к демократии.

Соответственно в исследованиях перспектив развития демократии обозначились два направления. Первое акцентирует внимание на своеобразии каждой страны и ставит вопрос о возможности типологического разнообразия моделей демократии. Например, рассматривается вопрос о самобытности «восточной» демократии (индийской, японской), обсуждается вопрос о предрасположенности России к восточному или западному типу. Есть призывы со стороны обществоведов разработать новую демократическую теорию, исходя из опыта незападных регионов². Если в западных теориях в качестве культурных предпосылок демократии выступает распространение ценностей индивидуализма, заменяющих коллективистские и патриархальные типы мышления, то в восточных демократиях, как признают исследователи, западные ценности могут соседствовать с коллективизмом.
     Второе направление анализирует модели перехода к демократии. Среди политологов стали популярны теории «транзитологии» (от лат. глагола transire — переходить). Ученые пытаются смоделировать процессы переходного (транзитивного) периода от недемократических режимов к демократическим и выявить набор факторов, способствующих или затрудняющих эти переходы. В рамках этого направления выделяются несколько подходов (Аним. 2).
     Процедурный подход трактует переход к демократии в большей степени зависимым от выбора тактики применения конкретных процедур и технологий в начатых преобразованиях, нежели от социально-экономических и культурных факторов. Например, есть мнение, что расширение политического пространства демократии определяется желанием и волей правящих элит³. В рамках этого направления можно выделить теорию рационального выбора, согласно которой все политические процессы детерминированы деятельностью людей, принимающих решения для получения ожидаемой выгоды. Соответственно переходный период рассматривается как борьба между сторонниками и противниками изменений, исход которой зависит от того, сумеют ли эти группы договориться между собой и заключить «пакт» (соглашение) о наборе новых демократических правил и процедур.
     Структурный подход анализирует целый набор экономических, социальных, политических и культурных предпосылок. В отличие от ранних теорий модернизации значение этих факторов не абсолютизируется. Как утверждает С. Хантингтон, демократизация в разных странах содержит в своем основании разную комбинацию факторов, что ведет к установлению демократических устройств, отличающихся от страны к стране⁴. Существуют схемы, сочетающие процедурный и структурный подходы, в частности предложенные российским политологом Ю.А. Мельвилем⁵.